Перейти к содержимому

Обезьяны вид: Приматный список: храбрые и пугливые, большие и крохотные обезьяны

Содержание

В Бразилии обнаружили новый вид обезьян-игрунок. Его назвали Mico schneideri

Бразильские ученые при содействии коллег из США и Великобритании представили новый вид обезьян-игрунок, найденный в джунглях Амазонии. Его назвали Mico schneideri, или игрунка Шнайдера, сообщил Nature.

Миниатюрные обезьянки, названные в честь известного приматолога Горацио Шнайдера, живут на территории бразильского штата Мату-Гросу между рек Журуэна и Телис-Пирис. Они отличаются от других сородичей расцветкой и генетическими особенностями.

Dear colleagues, we are pleased to share with you the link for our latest article entitled “An integrative analysis uncovers a new, pseudo-cryptic species of Amazonian marmoset (Primates: Callitrichidae: Mico) from the arc of deforestation
📸 @Costa_AraujoR pic.twitter.com/QmcLkioiuI

— Fabiano R. Melo (Bião) (@FabianoRdeMelo1) August 5, 2021

Исследователи изучали игрунок в течение десяти экспедиций в 2015–2018 годах и доказали, что эти приматы представляют собой отдельный вид.

Ранее их относили к игрункам Эмилии (Mico emiliae), хотя, как оказалось, ближайшими родственниками для них являются игрунки Марка.

Все эти обезьяны заметно отличаются по окраске, однако ученым долгое время не удавалось выделить игрунок Шнайдера из‑за того, что ключевые описания игрунок Эмилии основаны на двух экземплярах шкур 1920-х годов. Со временем они выцвели и перестали давать четкое представление о внешнем виде животных.

© Rodrigo Costa-Araújo et al./Scientific Reports, 2021

Специалисты отмечают, что игрунки Шнайдера обитают на территории, где амазонские джунгли уничтожаются особенно быстро. В этих условиях, как считают авторы исследования, особенно важно задокументировать местное биоразнообразие, чтобы в дальнейшем сохранить его.

Парк снежных обезьян Дзигокудани | Нагано

Как онсэн достался обезьянам

 

К востоку от города Нагано есть тихая долина. Её стоит посетить, чтобы увидеть одну из самых необычных достопримечательностей в мире — Парк снежных обезьян, ставший домом для большой группы японских макак. Живут они в горах, а сюда спускаются, чтобы погреться в термальных источниках. Как и люди, они с большим удовольствием нежатся в горячей воде, а посетители парка наблюдают за жизнью обычно неуловимых зверьков с близкого расстояния.

  • Прогуляться к Парку обезьян по прекрасному тихому лесу
  • Понаблюдать за обезьянами около горячих источников
  • Обратить внимание на очаровательно дерзких детёнышей макак

Обезьяны живут довольно далеко в горах, и путь к ним тоже не самый близкий.

 

К счастью, в онсэн Камбаяси, расположенный рядом с тропинкой в парк, приезжают автобусы из многих районов префектуры. Поездка из Нагано займёт примерно 40 минут, от онсэна Нодзаво и от Сига Когэн можно добраться за полчаса. Ближе всего расположены онсэны Юданака и Сибу — оттуда ехать всего 10 минут.

На прогулку по тропе от онсэна Камбаяси до Парка снежных обезьян потребуется от 25 до 40 минут. Вход разрешён в любое время года.

Это интересно

 

  • Японские макаки (снежные обезьяны) — самые северные из нечеловекообразных приматов
  • Другое название парка — Парк обезьян Дзигокудани

 

Полная ванна макак

В предгорьях Сига Когэн, в долине реки Ёкою, — Дзигокудани, или Долина ада. Почти треть года здесь всё покрыто снегом, а суровые пейзажи и геотермальная активность вызывают ассоциации с потусторонним миром. Однако для пары сотен семей обезьян эти горы и лес — дом родной.

 

Ещё в середине XIX века здесь открылась гостиница на горячих источниках — рёкан Коракукан. Долгие годы стаи обезьян спускались сюда с гор, и гости, отдыхающие в открытых ваннах, частенько их подкармливали. Макаки быстро смекнули, что к чему, и полностью освоились. Никто точно не может сказать, когда обезьяны отважились пойти дальше, но вскоре все они поняли: в идее купаться в горячих источниках что-то есть!

 

Парк снежных обезьян основали в 1964 году специально для того, чтобы животные, желающие погреться, тоже могли искупаться в собственном онсэне, а постояльцам гостиницы оставить больше личного пространства. К тому же это оказалось прекрасной возможностью лучше изучить привычки и поведение макак в дикой природе.

 

Наконец, создатели парка хотели, чтобы обезьяны перестали предаваться еще одной своей страсти — разорительным набегам на окрестные поля. С самого первого дня работы парка служители ежедневно кормят макак. Они по-прежнему живут в горах, но за едой спускаются сюда.

 

Лучше всего приезжать в период с декабря по март: макаки нежатся в купальнях круглый год, но именно в зимнее время проводят здесь больше всего времени.

 

 

Рядом с обезьянами

В онсэне Камбаяси начинается тропа, ведущая в парк. Вас ждёт двухкилометровая прогулка по живописному лесу, особенно прекрасному зимой. От дороги вы получите не меньше удовольствия, чем от встречи с обезьянами. Узнать об их поведении, социальной иерархии, о том, как они воспитывают потомство, вы сможете на информационных стендах вдоль тропы.

 

Понять, долго ли ещё идти, очень просто.

Видите обезьян — значит, купальни рядом. Чем ближе вы подходите, тем больше становится макак. Они беззаботно живут здесь и купаются, когда заблагорассудится. Звери настолько привыкли к людям, что полностью игнорируют и посетителей, и их фототехнику.

 

 

Что можно, а что нельзя

В парке установлены правила, которые стоит соблюдать ради вашей же безопасности. Нельзя трогать, гладить, кормить или дразнить обезьян. Кидать в них снежками тоже не рекомендуется. Старайтесь не слишком широко улыбаться: взрослые самцы могут воспринять обнажённые зубы как угрозу в свой адрес. И ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах не купайтесь в источнике для макак!

Ближе к вечеру

Когда вы закончите наблюдать за обезьянами, самое время подумать об отдыхе. Чтобы понежиться в горячих источниках, можно поехать в ближайшие онсэны Юданака или Сибу, а ещё лучше — остаться на ночь в одной из местных гостиниц, где есть купальни, но нет макак.

 

Если предпочитаете активный отдых и зимние виды спорта, то до Сига Когэн и онсэна Ногава отсюда полчаса на автобусе.

 

Золотые обезьяны и дикие кошки. Лучшие фото дикой природы

Золотая пара

© Marsel van Oosten/Wildlife Photographer of the Year 2018

За снимком этих обезьян фотограф Марсель ван Остен (Нидерланды) охотился не один день. Животные обитают в горах Китая и занесены в Красную книгу. Как рассказал фотограф, когда обезьяны прыгали с дерева на дерево, он старался не отставать, хотя скользил и спотыкался о бревна. Ему долго не удавалось поймать правильный ракурс и свет. Но наконец он научился "предсказывать" дальнейшие движения животных и в итоге сумел сделать этот кадр и взять главный приз конкурса.

Отдыхающий леопард

© Skye Meaker/Wildlife Photographer of the Year 2018

Скай Микер (Южная Африка) стал лучшим автором в возрасте до 17 лет. Он снял леопарда, живущего в природном заповеднике в Ботсване.

Эту восьмилетнюю девочку зовут Матоджа, что переводится как "хромая". Она действительно хромает из-за травмы, полученной в детстве. Скай и его семья часто бывают в заповеднике, всегда надеясь встретить неуловимых леопардов. Когда фотограф увидел Матоджу, она дремала, и ее глаза были приоткрыты лишь слегка — недостаточно для хорошего снимка. Скай дождался, пока она на секунду откроет глаза чуть шире, и сделал кадр.

Трубные совы

© Arshdeep Singh/Wildlife Photographer of the Year

Аршдип Сингх (Индия) победил в категории "Лучший фотограф в возрасте до 10 лет". Сколько именно ему лет, не уточняется, но птиц он снимает с шести. Аршдип и его отец ехали в машине, когда мальчик заметил, как птица "нырнула" в старую канализационную трубу. Отец не поверил словам сына, но согласился остановить машину и подождать. Аршдип взял фотоаппарат и дождался, пока любопытные птицы высунулись из своего убежища.   

Кровать тюленей

© Cristobal Serrano/Wildlife Photographer of the Year 2018

Кристобаль Серрано (Испания) сделал этот снимок в канале Эррера, на Антарктическом полуострове. Это тюлени-крабоеды — самые многочисленные тюлени в мире. Несмотря на название, питаются они вовсе не крабами. Основа их рациона — антарктический криль (вид ракообразных). На фото видны не только тюлени, но и остатки их пищи. Благодаря этому кадру Серрано стал лучшим в категории "Животные в естественной среде обитания".     

Упорство

© David Herasimtschuk/Wildlife Photographer of the Year 2018

Змее здесь, прямо скажем, не повезло — она пытается вырваться из пасти аллеганского скрытожаберника (одна из трех самых больших саламандр в мире). Зато повезло автору снимка Дэвиду Герасимчуку (США). Последние семь лет он сплавляется по реке Теллико (штат Теннесси), снимая сцены из жизни пресноводных. "Казалось, что у саламандры была крепкая хватка и змея утомилась, — рассказывает Дэвид. — Но затем она крепко обвилась вокруг его головы". Змее удалось сбежать, а снимок принес фотографу победу в номинации "Поведение: рептилии и амфибии".

Кровопролитие

© Thomas P Peschak/Wildlife Photographer of the Year 2018

Томас Пешак (Германия/Южная Африка) сделал лучший снимок в категории "Поведение: птицы". Эту сцену он наблюдал на одном из островов архипелага Галапагос в Тихом океане. На островах почти нет источников пресной воды, и чтобы выжить, некоторые птицы пьют кровь других птиц. "Жертвы" терпеливо это переносят — похоже, вампиры не причиняют им серьезного вреда.

Роющие осы

© Georgina Steytler/Wildlife Photographer of the Year 2018

Джорджина Стейтлер (Австралия) победила в категории "Поведение: беспозвоночные". Раньше Джорджина снимала птиц, но потом ее внимание привлекли осы. На этом кадре они скатывают в комочки грязь, чтобы построить себе гнезда. Прежде чем снимок получился, фотограф сделала сотни попыток и долго пролежала в грязи.

Кухирва оплакивает своего ребенка

© Ricardo Núñez-Montero/Wildlife Photographer of the Year 2018

Рикардо Монтеро (Испания) сделал лучшую фотографию в категории "Поведение: млекопитающие". На снимке — Кухирва, самка горной гориллы, живущая в Бвинди (национальный парк на юго-западе Уганды). Кухирва держит своего мертвого ребенка. Горилла родила его в плохую погоду, и малыш, вероятно, умер от холода.  

Ночной полет

© Michael Patrick O'Neill/Wildlife Photographer of the Year 2018

Лучший снимок под водой сделал Майкл Патрик О’Нил (США). Сфотографировать летучую рыбу, чтобы передать скорость, движение и красоту этого "фантастического существа", было его давней мечтой. Днем приблизиться к этому существу трудно: оно ведет себя осторожно, потому что многие животные на него охотятся. Ночью летучая рыба оказалась более "доступной".                                 

Опустошаемый ветром

© Orlando Fernandez Miranda/Wildlife Photographer of the Year 2018

Орладо Фернандес Миранда (Испания) победил в категории "Окружающая среда". Этот снимок сделан в Намибии (Южная Африка), на Берегу Скелетов. Солнечный свет, густой туман и сильный ветер одновременно — такая эклектичная погода для этого места вполне типична.

Грустный клоун

© Joan de la Malla/Wildlife Photographer of the Year 2018

Хуан де ла Малла (Испания) — победитель категории "Дикая природа: лучший фотожурналист". Слово "Badut", написанное на шляпе макаки, означает "клоун". Эту обезьянку действительно заставляют работать клоуном. Некоторые жители Индонезии, где сделан кадр, зарабатывают на таких уличных шоу (несмотря на то, что они запрещены и с ними пытаются бороться). Если, став старше, обезьяна проявит агрессию, ей могут вырвать зубы или просто ее уничтожить. На снимке животное прикасается лапой к "лицу", словно пытаясь снять маску. "Они не плохие люди, — говорит фотограф о владельцах обезьян. — Делая уличные шоу, они могут позволить себе отправить своих детей в школу. Им просто нужны другие возможности зарабатывать на жизнь".

Переход дороги

© Marco Colombo/Wildlife Photographer of the Year 2018

Марко Коломбо (Италия) сделал лучший снимок в категории "Животные в городской среде". Это апеннинский бурый медведь (находится на грани вымирания, в мире осталось несколько десятков представителей). Эти животные неагрессивны, и чаще всего они держатся подальше от людей. Но перед зимней спячкой, когда нужно отложить жир, они часто совершают набеги на деревенские сады. Это создает для них угрозу: переходя дорогу, животные могут оказаться под колесами автомобилей.

Дерево с подписью

© Alejandro Prieto/Wildlife Photographer of the Year 2018

Алехандро Прието (Мексика) победил в категории "Лучшая фотоистория". На фото запечатлен ягуар, который точит когти о дерево. Снимок сделан на западе Мексики. Алехандро оставил фотокамеру и каждый месяц возвращался, чтобы сменить батарейки. Прошло восемь месяцев, прежде чем ягуар вернулся сюда и попал в кадр.

Мать-защитница

© Javier Aznar González de Rueda/Wildlife Photographer of the Year 2018

Хавьер Азнар Гонсалес де Руэда (Испания) сделал лучший снимок в номинации "Портфолио". На фото — горбатка (насекомое), охраняющая своих нимф. Она оберегает их постоянно — до тех пор, пока они не вырастут.

Незаконная торговля мясом диких животных в Центральной и Западной Африке

Практически все виды человекообразных обезьян Африки - шимпанзе, бонобо и гориллы - находятся под угрозой исчезновения, прежде всего в силу роста человеческих поселений и разрушения среды обитания животных. Другими факторами являются незаконная торговля обезьянами с целью удовлетворить потребности индустрии развлечений и запросы частных зоопарков, а также охота на них. Торговля мясом диких животных подразумевает охоту с целью получения прибыли с продажи. Её не следует путать с добычей дичи для пропитания, благодаря которой охотники стараются прокормить себя, свои семьи и членов общины. Когда речь идёт о наживе, в ход идёт всё без разбора. Браконьеры убивают даже самок с детёнышами, то есть рубят сук на котором сидят. Всё это подрывает основы устойчивого развития. В бассейне реки Конго и в некоторых других частях Центральной и Западной Африки браконьерство и нелегальная продажа мяса диких животных представляют наиболее серьёзную угрозу шимпанзе и другим исчезающим видам, что в свою очередь влечёт за собой исчезновение ещё большего количества представителей дикой фауны.

Торговля мясом диких животных началась в 1980-х годах, когда в Центральной и Западной Африке появились иностранные лесозаготовительные компании. Даже тогда, когда предприятия старались действовать с наименьшим ущербом для лесных массивов, они прокладывали дороги, обеспечивая, таким образом, доступ в лесную чащу. Подъезжая на лесозаготовительном транспорте, охотники могли попасть в недоступные прежде места, в которых всё ещё водились в изобилии самые разные виды животных, включая шимпанзе. Дороги строились и для добычи полезных ископаемых, а также для нефтегазодобывающей промышленности. Обычно охотники разбивали лагерь в конце проложенного пути и проводили в лесу несколько дней, стреляя в животных и расставляя капканы и ловушки. Затем те же грузовики отвозили их обратно уже с запасом копчёного или высушенного на солнце мяса диких животных. Некоторые охотники и вовсе никуда не ездили, а сбывали добычу прямо на месте работникам ресурсодобывающих компаний. Многие зажиточные горожане в Африке считают, что покупая мясо диких животных, они сохраняют соответствующий статус, следуют традициям и остаются верны своей исконной культуре. Иногда мясо диких животных перепадает даже представителям африканской диаспоры за границей.

С нелегальной торговлей мясом диких животных пытаются бороться самые различные организации, предпринимая для этого целый ряд мер. В результате некоторые лесозаготовительные предприятия, такие как Си Би Си, сотрудничающие с Обществом охраны дикой природы (WCS) на севере Конго, издали соответствующие указы, запрещающие водителям транспортировку мяса диких животных. Однако подобного рода меры довольно трудно привести в исполнение. Мне встречались водители, которые жаловались, что браконьеры им всячески угрожают за отказ становиться пособниками в преступной деятельности. Угрозам подвергаются и сотрудники правоохранительных органов, в особенности в сельской местности.

Незаконная торговля мясом диких животных приносит ущерб не только обитателям лесов. Люди недооценивают риск, которому подвергают своё здоровье в результате этой преступной деятельности. Появляется всё больше доказательств, свидетельствующих об опасности заражения инфекционными заболеваниями при разделке туш и употреблении в пищу некоторых видов диких животных. Существует мнение, что первоначально вирус Эбола, поражающий всё новые территории в Западной Африке, передался от фруктовых летучих мышей шимпанзе, гориллам и бонобо. Возможно, фекалии летучих мышей попали на фрукты, которыми питаются эти человекообразные обезьяны, а от них вирус перешёл к человеку. Вирус иммунодефицита человека (ВИЧ-1), который вызывает СПИД, произошёл от вируса иммунодефицита обезьян (ВИО cpz). Его переносчиками оказались шимпанзе (Pan troglodytes), обитающие в Центральной Африке. Вирус ВИЧ-2 произошёл от ВИО smm, носителями которого являются черные мангабеи - обезьяны, обитающие в Западной Африке.

Гориллы, а возможно и другие виды приматов, могут быть переносчиками таких заболеваний, как обезьяний пенистый вирус, ветряная оспа, туберкулёз, корь, краснуха, жёлтая лихорадка и фрамбезия. Известны случаи заражения этими заболеваниями людей, некоторые из них скончались.  Африканских солнечных и полосатых белок (Heliosciurus и Funisciurus) считают разносчиками вируса оспы обезьян в Демократической Республике Конго (ДРК). Употребление их мяса в пищу может быть одной из основных причин передачи болезни человеку. Охота, приготовление и потребление мяса диких животных ставит под угрозу благополучие целых населённых пунктов, так как из-за неё болезнями животных заражаются люди, и иногда подобные случаи заканчиваются летальным исходом.

На основании вышеизложенного становится совершенно очевидно, что первостепенная задача природоохранных организаций, включая Институт Джейн Гудолл (JGI), заключается в разработке образовательных программ, на которые могут потребоваться значительные средства. Большинство местных жителей не имеют понятия о том, что происходит. Ни горожане, ни те, кто живут у самого леса, не осознают в полной степени, что убивать и употреблять в пищу мясо находящихся под угрозой исчезновения видов, включая шимпанзе, незаконно. Действительно, большинство из них не имеют ни малейшего представления о том, какие животные находятся под охраной. Не осознают они и всей серьёзности заведомо необратимого ущерба, который наносит экосистеме безответственное истребление диких животных.

Вместе с некоторыми другими природоохранными неправительственными организациями (НПО) Институт Джейн Гудолл провёл компанию по сбору средств на установление рекламных щитов и осуществление образовательных проектов в ДРК. Среди них программа «Корни и Побеги»,1 разработанная Институтом в основном для школьников, а также информационно-просветительские мероприятия для местных жителей. Вся эта деятельность направлена на то, чтобы как можно лучше проинформировать людей о существующем положении вещей и призвать местное население к участию в охране окружающей среды в качестве партнёров. Одним из наиболее эффективных методов распространения информации является показ фильмов на местных языках. Установление гармоничных отношений между людьми и животными, которые обитают неподалёку от их жилищ, является одним из наиболее важных шагов, которые мы можем предпринять в борьбе с незаконной торговлей мясом диких животных. Необходимо также способствовать тому, чтобы правительственные чиновники серьёзнее относились к исполнению существующих законов, а также информировали и обучали сотрудников соответствующим образом.

Ещё одним образовательным проектом, возникновению которого мы обязаны негативным последствиям безответственной охоты на самок шимпанзе и других человекообразных обезьян с целью употребления их мяса в пищу, является создание заповедников для осиротевших детёнышей. Когда местные жители, особенно дети, посещают наши заповедники, их как правило поражают очевидные сходства между шимпанзе и человеком. Мы часто слышим, как на прощание они обещают больше не притрагиваться к мясу шимпанзе. Как только люди осознают, что с животными необходимо считаться, что у них тоже есть чувства и индивидуальные особенности, и, самое главное, что торговля мясом диких животных имеет самые разрушительные последствия для окружающей среды, они удивительно быстро меняют своё отношение к проблеме. Всё упирается в образование и в доступ к соответствующей информации.

Важно помнить и о самих охотниках, торгующих мясом диких животных. Необходимо помочь им найти возможность зарабатывать на жизнь каким-либо другим способом. Один из таких охотников оказался в лагере беженцев, в котором люди спасались от эскалации насилия на востоке ДРК. Пятнадцатилетний юноша, участник программы «Корни и Побеги», убедил его оставить незаконную добычу мяса диких животных и заняться разведением кур, уток и цесарок.  Дело пошло так хорошо, что охотник уговорил ещё 75 своих товарищей последовать его примеру. Все эти люди вернулись домой в ДРК, захватив с собой домашнюю птицу, что позволило им с успехом начать собственное дело, несмотря на весьма жёсткие условия.

Экотуризм - ещё один способ изменить сложившуюся ситуацию к лучшему. Постройка и обслуживание туристских домиков среди дикой природы и организованные походы посетителей в чащу тропического леса обеспечивают работой людей, проживающих вокруг охраняемых территорий, и снабжают эти места иностранной валютой. Тот факт, что иностранцы расплачиваются с ними долларами, помогает местным жителям оценить по достоинству все те богатства, которыми изобилует дикая природа. Кроме того, «сафари» и встречи с дикими животными навсегда остаются в памяти и способствуют тому, что люди гораздо больше готовы к сотрудничеству, особенно тогда, когда речь заходит об охране природы.

Вполне очевидно, что мы должны приложить все усилия, чтобы покончить с незаконной торговлей мясом диких животных в интересах человечества, животного мира и окружающей среды.

Примечания

1 «Корни и Побеги» - экологическая и гуманитарная инициатива для молодёжи, которая проводится под эгидой Института Джейн Гудолл (JGI). Программа рассчитана на участников, начиная с детсадовского возраста, и заканчивая теми, кто учится в университете. Организаторы программы стараются также привлечь всё большее количество людей старшего возраста. В основе программы лежат следующие принципы: изменить ситуацию к лучшему может каждый, причём возможность сделать это предоставляется каждый день. Все участники программы, идёт ли речь о паре ребят или о целой школе, выбирают для себя три отдельных проекта, цель которых сделать мир лучше – один из них направлен на помощь людям, второй на защиту животных (включая домашних), а третий должен содействовать охране окружающей среды. Программа «Корни и Побеги» действует уже  более чем в 130 странах, в ней активно участвуют около 150,000 групп. Инициатива взяла начало в Танзании в 1991, и с тех пор она распространяется по всему миру, пользуясь особой популярностью в развивающихся странах. Название программы символично. Даже самое огромное дерево начинает расти из крошечного семечка. Сначала появляется чуть заметный корешок, затем небольшой росток. Оба кажутся такими нежными и незащищёнными. Но это семечко наполнено такой жизненной силой, что на пути к воде произрастающие из него отростки отодвигают даже каменные глыбы. Стремясь к солнцу, ростки пробиваются сквозь трещины в кирпичной стене, которая в конечном счёте не выдерживает их натиска... Каменные глыбы и кирпичные стены символизируют все те проблемы, которые мы люди создали на нашей планете. Они включают как социальные невзгоды, так и задачи, связанные с окружающей средой. Программа «Корни и Побеги» несёт в себе НАДЕЖДУ – сотни и тысячи молодых людей по всему миру могут убрать с пути любые преграды и сделать мир лучше для всех живых существ.     

 

виды, специфические особенности.

Какие виды обезьян бывают?

Сколько видов обезьян обитает на нашей планете, чем они питаются, каковы особенности их жизни? Обо всем этом мы с удовольствием читаем и смотрим телепередачи. И это не удивительно, ведь мы произошли от общего предка. У нас очень много схожих черт не только во внешности и строении скелета, но и в поведении.

Какие виды обезьян бывают?

Зоологи определяют две группы приматов, по ним и классифицируются эти животные. Их разделяют на приматов Нового и Старого Света. К первой группе относятся обезьяны, живущие в Центральной и Южной Америке, а ко второй – в Азии и Африке. И у каждой группы есть свои отличительные особенности. У обезьян Нового света есть хвост, которым они могут держаться за ветки при перемещении по деревьям, а нос широкий. У африканских и азиатских приматов очень часто хвоста нет, но даже если он и есть, то животные не используют его как некую пятую конечность, нос у них узкий. Эти две группы включают более ста шестидесяти видов обезьян.

Приматы Южной и Центральной Америки

На данной территории обитают следующие обезьяны (виды): мартышки, тамарины, капуцины, беличьи обезьяны (56 видов), совиные и ночные обезьяны, тити, сакис и Uakaris (41 вид), ревуны, паучьи и шерстистые обезьяны.

Африканские и азиатские приматы

На этих континентах обитает самое большое количество приматов – более 135 видов. Если перечислять все виды обезьян, список получится огромный. Их объединяют в более широкие категории: бабуины, тонкотелы, колобусы, мандрилы, макаки. Есть еще одна категория, которая включает следующие виды человекообразных обезьян: гориллу, шимпанзе, орангутанга, бонобо (карликового шимпанзе) и гиббона.

Тамарины

Эти обезьянки относятся к семейству игрунковых. Обитают они в самых теплых районах Южной Америки: Бразилии, Коста-Рике, бассейне реки Амазонки. Тамаринов очень легко отличить от других обезьянок по внешнему виду: основной характерной отличительной особенностью являются усы, хотя встречаются и безусые представители этого вида. Некоторые обладают прямо-таки львиной гривой. И из-за их очень необычной внешности за этими животными ведется постоянная охота – браконьеры отлавливают тамаринов для продажи на черном рынке. Вот почему этому виду грозит вымирание.

В длину тело тамарина достигает от восемнадцати до тридцати пяти сантиметров, с хвостом – от двадцати трех до сорока четырех сантиметров, весят они до килограмма. Если перечислять виды маленьких обезьян, то тамарины возглавят этот список. Основное место их обитания – высокогорные районы Бразилии. В этих местах обезьянки чувствуют себя превосходно: мягкий влажный климат, обилие еды. Живут тамарины небольшими группами по 5-10 особей, так им проще находить еду и защищаться от хищников. Ночью они спят на высоких деревьях, а с наступлением утра начинают вести активный образ жизни: ищут еду, ухаживают друг за другом.

Тамарины всеядны – они с удовольствием едят как ящериц, улиток, насекомых, птичьи яйца, так и растительную пищу – листья деревьев, фрукты, орехи и нектар. Добытую еду поровну распределяют между всеми членами стаи. Если на их территорию забирается чужак, то они все вместе его выгоняют, строя устрашающие гримасы. О молодняке заботятся всей группой. Малыши до четырехмесячного возраста постоянно передвигаются на спине отца. Обезьянки все время переговариваются между собой, тем самым сообщая друг другу о найденной пище и о приближении врага.

Мартышки

Эти приматы относятся к семейству мартышкообразных. Это очень маленькие и забавные обезьяны. Виды мартышек: настоящая и зеленая, гусар, талапойн и другие (всего 23). Размеры тела, как правило, небольшие (как у кошки), шерсть густая и очень мягкая. Окрас этих обезьянок очень разнообразен: оливковый, серо-зеленый, светло-серый, коричневый, красный, голубой, черный. Мордочки слегка вытянутые, у некоторых представителей этого вида есть усы, бакенбарды и бороды. Хвост, как правило, в два раза длиннее тела. Седалищные мозоли небольших размеров.

Обитают эти приматы в основном в лесах. Питаются мартышки как растительной пищей, так и животной. В рацион входят молодые ветки деревьев и листья, фрукты, сочная трава, насекомые и мелкие позвоночные. От врагов обезьянки спасаются бегством. Нужно отметить, что наибольшую опасность для них составляют люди, которые их вылавливают для продажи. Мартышки хорошо приручаются, но для этого необходимо брать детенышей. Взрослая обезьяна, оказавшись в неволе, практически не поддается дрессировке.

Капуцины

В этот род обезьян объединено более тридцати подвидов. Виды этих приматов формируют четыре группы. Живут эти обезьяны на территории Бразилии и Гондураса. Большую часть времени проводят на верхушках высокорослых деревьев. Длина тела животного достигает пятидесяти сантиметров. Голова круглая, с выступающими скулами. Цвет мордочки, как правило, розового или белого цвета. На макушке - черный хохолок, схожий с капюшоном монахов капуцинов (собственно, из-за этого сходства животное и получило свое название).

Живут приматы группами от 10 до 30 особей. Совместно добывают пищу, защищаются от врагов и заботятся о потомстве. Капуцины всеядны: питаются как растительной, так и животной пищей. Нужно отметить, что эти обезьяны очень сообразительны. Они могут раскалывать орехи камнем, отбивать плоды о ветки деревьев. Поймав древесную лягушку, счищают с нее слизь, обтирая об дерево. Детеныши капуцинов до трех месяцев проводят все время на спине у матери, переползая на грудь, чтобы покормиться молоком. С полугодовалого возраста начинают вести более самостоятельный образ жизни, едят взрослую пищу, но от матери далеко не отходят.

Ревуны

Ревуны – самые крупные приматы на территории Нового Света. Размером они с собаку. У этих обезьян длинный и очень цепкий хвост, который они постоянно используют при передвижении по деревьям.

Тело примата покрыто густой, но короткой шерстью. Длинная шерсть только на голове конусообразной формы. Челюсть выпирает вперед, чем-то схожа с собачьей. Шея очень короткая, поэтому создается впечатление, что она вообще отсутствует. Большую часть жизни эти приматы проводят на деревьях. Днем забираются под самые верхушки, где ищут пропитание, а на ночь спускаются пониже, устроившись на ночлег в густых ветках небольших деревьев. Ревуны очень боятся воды, так как абсолютно не умеют плавать.

Питаются обезьяны почками деревьев, листьями, сочными побегами и плодами. Ревуны объединяются в стаи, которые насчитывают от пяти до сорока особей. У самки, как правило, рождается один детеныш, которого она кормит до 18 месяцев. Смотреть за малышом помогает молодняк и бездетные самки.

Бабуины

Второе название – желтый павиан. В длину тело достигает семидесяти пяти сантиметров, а длина хвоста – около шестидесяти сантиметров. Окрас шерсти желтый – отсюда и название примата. Обитают бабуины в Восточной и Средней Африке (в горных и степных районах). Питаются, как большинство приматов, растительной и животной пищей. В рацион павианов входят луковицы, сочная трава, фрукты, орехи, насекомые, ящерицы, птичьи яйца и др.

Бабуины никогда не живут в одиночестве. Группа включает до восьмидесяти особей. В стае наблюдается четкая иерархия, доминируют несколько взрослых самцов. В случае опасности они приходят друг другу на помощь. Между самцами и потомством устанавливаются дружеские отношения. Повзрослевшие детеныши женского рода остаются в стае, а вот молодые самцы вынуждены уходить. Интересно, что часто к стае желтых павианов присоединяются стада копытных. Дело в том, что бабуины обладают очень острым зрением, поэтому могут вовремя предупредить об опасности.

Мандрилы

Это самый крупный вид приматов, не относящихся к группе человекообразных обезьян. Обитают они на территории Западной Африки. Половозрелые самцы имеют очень красивую и яркую окраску. У них рыжая борода, нос ярко-розового цвета, а на морде расположены полосы голубого цвета. Самки и молодые самцы такой яркой окраски не имеют. Вес самцов иногда достигает пятидесяти четырех килограммов. Самки намного меньше.

В рацион приматов входит как растительная, так и животная пища. Мандрилы поедают более ста тринадцати видов растений.

Живут данные обезьяны семьями, в которые входит один самец и десять-пятнадцать самок. За каждой семьей закреплена территория в пятьдесят квадратных метров, которую они помечают пахучим секретом. Беременность самок длится двести двадцать дней. Малыши появляются на свет с апреля по декабрь, в это время очень много пищи, поэтому самки успевают их выкормить. Связь между матерью и детенышем сохраняется очень долго. До трех лет малыш приходит ночевать к маме.

Гориллы

Гориллы являются самыми крупными человекообразными обезьянами. Обитают эти приматы во влажных лесах экваториальной Африки. До недавнего времени территория обитания этих обезьян была труднодоступной. Но аборигены всегда знали о соседстве этих животных и старались с ними не встречаться, считая, что те обладают свирепым нравом.

Рост горилл достигает почти двух метров, а вес – от ста сорока до двухсот килограммов. Тело имеет квадратную форму. Цвет шерсти и кожи – черный. С возрастом у самцов на спине шерсть седеет. Как и все приматы, гориллы ведут дневной образ жизни. Питаются эти обезьяны исключительно растительной пищей. Предпочитают они стебли и листья, а вот плоды составляют небольшую долю рациона.

У горилл очень спокойный, даже флегматичный характер, несмотря на устрашающий вид. Самка спаривается только с вожаком стада, беременность длится восемь с половиной месяцев. Детеныш первое время ездит на спине матери, а потом ходит рядом, держась за ее шерсть. Продолжительность жизни составляет тридцать-тридцать пять лет, но некоторые особи живут по полвека.

Самые редкие виды обезьян

Человек очень халатно относится к окружающей природе. Многие животные оказались на грани исчезновения, в их число попали и обезьяны. Виды некоторых из них включают такое маленькое количество особей, что ученые всего мира бьют тревогу. Так, общество по охране животных взяло под опеку дрилов – приматов, которые внесены в Красную книгу. Популяция этих животных насчитывает не более десяти тысяч особей. Все обезьяны (виды не имеют значения) истребляются человеком с катастрофической скоростью. И если так будет продолжаться, то планета может лишиться этих замечательных животных.

Домашние питомцы

В настоящее время домашняя обезьянка – совсем не редкость. Многие зоомагазины продают этих экзотических животных. Но стоит учитывать, что не все виды приматов хорошо приживаются в домашних условиях. Вот некоторые виды домашних обезьян, неплохо адаптирующихся к неволе: тамарины, мартышки, гиббоны, игрунки, капуцины. Эти приматы неприхотливы в содержании, но необходимо придерживаться определенных правил. Так, у них должна быть просторная клетка, правильное питание. Ни в коем случае не бейте животное и не кричите на него, иначе оно замкнется в себе, будет агрессивным и скучным. В плохих условиях обезьяны очень быстро погибают.

Борнейский орангутан фото из Новосибирского зоопарка имени Р.А. Шило

Среда обитания - влажные тропические леса; встречается до высоты 1500 м над уровнем моря. Однако, может проживать и в пальмовых вторичных лесах.

Рацион — преимущественно растительный, однако, обезьяны могут употреблять насекомых, яйца птиц, даже мелких птенцов. Беременность 8 – 9 месяцев. Рождается 1 детеныш, раз в 4 – 8 лет, малыши держатся с матерью до 7 – 8 лет.

Калимантанский орангутан — крупная обезьяна. Рост самцов достигает 1,5 м, масса — 50—90 кг, редко превышает 100 кг. Самки меньше: около 1 м ростом и весе в 30—50 кг. Особи покрыты густой красно-коричневой шерстью.

Орангутаны стали частью коллекции нашего зоопарка в 2008 году. Из Чехии был доставлен самец Бату 1999 года рождения, а из Московского зоопарка – самец Захар 2000 года рождения.

В павильоне «Тропический мир» Бату и Захара сразу поселили рядом. Дружба Бату и Захара началась с первых дней их знакомства и продолжается до сих пор. Они видят друг друга, могут общаться, иногда что-то друг другу передают. Бату и Захар очень разные по характеру и способностям. Бату всегда был очень умным. Он унаследовал эти качества от своей матери, про которую в чешском зоопарке рассказывают много историй. Наш Бату тоже выдумщик и потому любимец публики. Именно он придумал, как можно, находясь в летней вольере за стеклом с верхней, зарешёченной частью, выпрашивать у посетителей еду. Бату стал спускать людям верёвки, чтобы они привязывали туда угощения, а потом ловко, как рыбак, сматывал эти «удочки» и оценивал улов. Посторонние предметы и еда могут быть смертельно опасны для животных, поэтому «удочки» у Бату периодически изымаются. Бату сразу понял, что сотрудники зоопарка не одобряют его предприимчивости, и потому всегда при их появлении он свои верёвки убирает. Мало того, Бату знал не только директора зоопарка Ростислава Шило, но узнавал его машину и как только видел её, не дожидаясь самого Ростислава Александровича, прятал все свои инструменты и делал вид, что никаких правил не нарушал ни он, ни восторженная публика. Захар тоже сообразителен, но, как правило, какие-то сложные нетривиальные действия он подсматривает у Бату.

Орангутанов отличает миролюбивый нрав. С ними можно договариваться. Например, Бату и Захар умеют меняться. Они всегда знают, что именно у них просят сотрудники зоопарка, но часто норовят поторговаться, давая взамен предложенным изюму и орешкам какой-нибудь мусор. Потом понимают, что хитрость снова не сработала, и отдают нужную вещь.

За двумя орангутанами можно понаблюдать через веб-камеру на сайте компании ЗАО "Зап-CибТранcТелеКом" http://nsk.myttk.ru/portal/webcam/zoo.php

Золотистые, синелицые, курносые | Наука и жизнь

Открыв в XVI веке дорогу в Китай, европейцы стали привозить из далёкой восточной страны старинные вазы, ковры и шелка, на которых вместе с традиционными драконами и цветами красовались необычные создания — золотистые обезьянки с грустными синими мордочками и вздёрнутыми носами. О том, что такие приматы действительно обитают в Китае, первым поведал миру французский пастор Арман Давид. Он приехал туда в 1860-х годах как миссионер, но более всего преуспел в зоологии — открыл в горных лесах золотистых синелицых обезьян, большую панду и оленя Давида (животное было названо в его честь).

Наука и жизнь // Иллюстрации

Малыши золотистых обезьян чувствуют себя комфортно, когда держатся вместе.

Золотистая (снежная) обезьяна крупным планом.

Большая семья золотистых обезьян.

Особенно любят заниматься грумингом заботливые мамы.

За малышами следит строгий папа.

С возрастом золотисто-рыжая шерсть снежных обезьян становится ярче и гуще, а носы всё больше задираются вверх.

В Европе золотистую обезьяну первоначально назвали рокселланов ринопитек (Rhinopithecus roxellanae). Родовое имя Rhinopithecus означает «носатая обезьяна». Видовое — roxellanae образовано от имени жены Османского султана Сулеймана Великолепного — красавицы Роксоланы, отличавшейся вздёрнутым носиком.

Со временем учёные выяснили, что имеют дело с видом китайских обезьян — азиатскими тонкотелами и присвоили им новое название — золотистые курносые обезьяны Pygаthrix roxellana. Живут эти создания с синими лицами (на самом деле синие у них лишь «очки» вокруг глаз, часть лица под носом и углы рта) в горных лесах Китая, в провинциях Сычуань и Юньнань на высоте от полутора до трёх с лишним тысяч метров. Нижнюю часть горных склонов занимают заросли бамбука и вечнозелёные растения. Зимой здесь (хотя это и субтропики) очень холодно и лежит снег. Вот почему в Китае этих животных называют снежными обезьянами. Их золотистый мех к зиме становится очень густым, плотным и согревает в любые холода. В ненастные дни, когда трещат морозы, обезьянки собираются в круг и сидят, обнявшись, спрятав в центре малышей. Именно из-за холодного климата носы снежных обезьян такие вздёрнутые и маленькие, ведь длинный нос можно запросто отморозить! По мере взросления носы у обезьянок всё больше задираются вверх, у старых животных даже лезут на лоб.

Яркой рыже-золотистой окраски снежные обезьяны достигают с возрастом. Особенно нарядны взрослые самцы. По их плечам и спине волнами ниспадает длинная тёмно-рыжая грива. У малышей шерсть бледно-бежевая, почти серая. Первым рыжеет хохолок, затем темнеют голова, спина и грудь. Светлыми остаются живот и внутренняя поверхность конечностей.

Живут снежные обезьяны большими семьями или гаремами. Если случаются конфликты, самцы драку не затевают, а лишь принимают угрожающие позы и устремляют на соперника пристальный взгляд, корча страшные рожи. Но все вместе животные могут дать отпор любому врагу, даже леопарду!

Бóльшую часть жизни ринопитеки проводят на деревьях, на землю спускаются крайне редко. В тёплое время года они поднимаются выше в горы и селятся в хвойных лесах до самой верхней границы тайги. С наступлением зимы снежные обезьяны уходят вниз, в предгорья и долины.

Питаются золотистые обезьяны фруктами, семенами, орехами, зелёными побегами, листьями. Не брезгуют насекомыми, яйцами птиц, лягушками и головастиками. В суровое время года им приходится есть хвою, лесные лишайники и даже кору деревьев.

Малыши появляются на свет весной. Они вцепляются пальчиками в густую шерсть матери и не расстаются с ней, даже когда та совершает огромные прыжки с ветки на ветку. Проявлением дружелюбия к своим сородичам у золотистых обезьян служит груминг — поиск насекомых в шерсти друг у друга. Особенно любят заниматься грумингом матери, которые могут подолгу исследовать шубки своих пушистых отпрысков.

Самые большие популяции золотистых обезьян обитают в Национальном заповеднике Волун (провинция Сычуань). В последние десятилетия вид находится под угрозой исчезновения. Китайские власти взяли этих животных под охрану и занесли в Красную книгу. Суровые меры предотвратили угрозу уничтожения редких обезьян. Сейчас в местных лесах живёт около 5000 ринопитеков. Это немного, но такая популяция может долго существовать.

Единой популяции золотистых обезьян нет. Они живут отдельными семьями в лесу, далеко друг от друга. Обезьяньей семье, состоящей из взрослого самца, нескольких его жён и разновозрастного потомства (всего до 40 животных), для комфортного существования нужно от 15 до 50 км2 леса. Контакт между изолированными группами практически невозможен, что обрекает животных на вырождение в течение нескольких поколений. Специалисты пока не нашли пути решения этой проблемы. Одни предлагают переселять молодых животных из одной семьи в другую, другие — выпускать в природу обезьян, рождающихся в неволе. Для решения проблемы нужно знать о ринопитеках гораздо больше, чем известно сейчас: что они едят, сколько времени вынашивают потомство, какие взаимоотношения складываются между животными в группе, другими группами и чужаками. Пока золотистые обезьяны остаются для нас загадочными существами, почти такими же, какими их увидели европейцы на китайских тканях, коврах и вазах в XIX веке.

Все фото сделаны автором в Китае, в природных заповедниках провинций Сычуань, Юньнань и в зоопарке.

Обезьяна видит, Обезьяна думает, Обезьяна делает | Наука

Никто не может научиться раскладывать пасьянсы, просто наблюдая за руками игрока. Хитрость заключается в том, чтобы знать, куда должна идти конкретная карта. В новом исследовании обезьяны усвоили почти столь же сложную задачу — они изучили последовательность изображений, выяснив успешную стратегию другой обезьяны. Результаты показывают, что макаки-резусы учились с помощью своего мышления, а не просто копировали движения рук других обезьян.

Более 100 лет ученые пытались определить, учатся ли животные, копируя то, что они видят, как делают другие, или страдая методом проб и ошибок. Хотя многие эксперименты показали, что они могут подражать другим, они могут не думать об этом активно. Антрополог Герберт Террас из Колумбийского университета в Нью-Йорке и его коллеги решили убрать моторный аспект имитации поведения и выяснить, могут ли обезьяны имитировать посредством мышления.

Для этого команда поместила двух макак-резусов в звуконепроницаемые камеры, в каждой из которых был установлен компьютер с сенсорным экраном. Одна обезьяна научилась прикасаться к четырем изображениям на экране в определенном порядке, зарабатывая банановую закуску. Однако каждый раз, когда изображения появлялись, они располагались на экране по-разному.

После того, как первая обезьяна освоила список, исследователи убрали перегородку, разделявшую две камеры, чтобы вторая обезьяна, которой еще предстояло выучить список, могла наблюдать за работой первой обезьяны. Благодаря наблюдению обезьяна выучила последовательность изображений почти в два раза быстрее, чем когда она выучила эту последовательность самостоятельно.Два компьютера показывали изображения в разных конфигурациях, так что простое подражание движениям не принесло бы удовольствия.

Подход авторов к разделению мысли и движения «умный», говорит психолог-экспериментатор Томас Зенталл из Университета Кентукки в Лексингтоне. По его словам, исследование является «хорошим первым шагом» к доказательству того, что обезьяны учатся посредством когнитивной, а не двигательной имитации.

Связанный сайт
Веб-сайт Herbert Terrace с видео тестов на обезьянах

Перспектива обезьяны | Genome Biology

Геном макаки не только открывает совершенно новые области понимания важного модельного организма и дает нам важный взгляд на эволюцию человека, но также дает нам больше инструментов для изучения невероятно разнообразного множества интересных обезьян, которые являются наиболее широко используемые приматы в медицинских исследованиях; а также М.mulatta , к ним относятся длиннохвостая макака ( M. fascicularis ), японская макака ( M. fuscata ), свинохвостая макака ( M. nemestrina ) и макака-чепчик ( M. radiata ). Хотя обычно утверждается, что в последний раз макаки имели общего предка с людьми, шимпанзе и другими человекообразными обезьянами около 25 миллионов лет назад, как летопись окаменелостей, так и недавний молекулярный анализ предполагают немного более позднюю дату, порядка 23 миллионов лет назад (рис. 2).Сама линия макак возникла примерно 9 миллионов лет назад, скорее всего, в Африке, при этом диверсификация современных макак началась около 5-6 миллионов лет назад [11].

Рисунок 2

Консенсусная филогения рода Macaca помещена в эволюционную историю нескольких линий приматов Старого Света. За исключением берберийской макаки ( M. sylvanus ), встречающейся в Северной Африке и Гибралтаре, и короткохвостой или медвежьей макаки ( M. arctoides ), встречающейся в приграничных районах Индии, Китая и Малайзии, макаки делятся на три основные группы видов.Паттерны дивергенции и время в пределах Macaca взяты из [11], а среди аутгрупповых линий взяты из [16]. Обратите внимание на время глубокого расхождения среди макак. Даты самых старых бифуркаций сопоставимы с оценками раскола человека и шимпанзе, и даже самые молодые бифуркации предшествуют возникновению анатомически современных людей на несколько сотен тысяч лет. Отдельные виды макак, вероятно, накопили значительное генетическое разнообразие, и исследователи должны учитывать это при разработке и интерпретации результатов биомедицинских тестов с использованием этих животных.

Важно учитывать относительно глубокую эволюционную историю макак при планировании или интерпретации биомедицинских исследований. Пять упомянутых выше видов составляют большинство макак, используемых в таких исследованиях, и отделились друг от друга до 5 миллионов лет назад. Это означает, что с точки зрения эволюционного расхождения замена одного вида другим сродни замене шимпанзе людьми. Поэтому крайне желательно, чтобы генетическая предыстория видов макак, используемых в исследованиях, и их отличия друг от друга были полностью оценены.

Уже известно, что разные виды и подвиды макак по-разному реагируют и проявляют разные уровни патогенеза в отношении двух наиболее широко изучаемых инфекционных заболеваний человека, СПИДа и малярии. Например, макаки-резусы индийского происхождения (подобно макакам, чей геном был секвенирован [2]) гораздо быстрее прогрессируют до обезьяньего СПИДа при заражении вирусом иммунодефицита обезьян (SIV) по сравнению с макаками-резусами китайского происхождения [12, 13]. Макаки-резусы и популяции длиннохвостых макак на материковой части Малайзии проявляют большую восприимчивость и патогенез к некоторым штаммам малярии, чем длиннохвостые макаки с Филиппин, которые гораздо менее восприимчивы и не так болеют [14].Это коррелирует с наблюдением, что материковые популяции длиннохвостых макак, как известно, гибридизуются с макаками-резусами, о чем свидетельствует длина их хвостов и молекулярные маркеры.

Для изучения разнообразия этих обезьян в рамках проекта генома макаки-резус было типировано около 1500 однонуклеотидных полиморфизмов (SNP) у девяти китайских и 38 индийских макак-резусов [15]. Обезьяны индийского происхождения демонстрируют гораздо меньшую изменчивость, чем китайские животные, что опять-таки необходимо учитывать при любых исследованиях с использованием макак.Еще одним интересным открытием проекта генома резуса является то, что значительное количество аллелей, вызывающих болезни или связанных с болезнями у людей, обнаруживается у макак или у предполагаемого общего предка шимпанзе и человека (при использовании макаки-резуса в качестве внешней группы). Поскольку эти аллели не вызывают заболеваний у макак, мы должны быть более осторожными при использовании моделей приматов (и, очевидно, моделей, не относящихся к приматам) при исследовании генетических заболеваний человека.

Что также ясно из проведенных исследований, так это важность готовых, а не черновых геномов для детального сравнительного анализа.Точные последовательности и, следовательно, выравнивание имеют решающее значение при оценке полиморфизма, влияния отбора и родовых состояний. Геномы множества других приматов в настоящее время расшифровываются или находятся на стадии планирования, включая горилл, орангутангов, гиббонов, мартышек, долгопятов, галаго и мышиных лемуров, поэтому прорывы в понимании эволюционной истории и биологии, которые мы разделяем с нашими ближайшими живыми родственниками, будут продолжаться. происходят с нарастающей скоростью.

Обезьяна видит, обезьяна делает | Природа нейронауки

Подражательный разум: развитие, эволюция и основы мозга

Под редакцией:
  • Эндрю Н. Meltzoff &
  • Wolfgang Prinz

Cambridge University Press, Кембридж, Великобритания, 2002. Твердый переплет за 65 долларов США, стр. 364

Научный интерес к изучению подражания восходит к Дарвину, который подробно описал мимикрию у животных. В настоящее время быстро растет количество литературы по нейробиологии, посвященной подражанию и связанным с ним функциям, с исследованиями, варьирующимися от записи отдельных единиц до визуализации мозга и вычислительных подходов. Даже для самого редуктивного нейробиолога имитация представляет интерес, поскольку требует восприятия движения и частей тела, интеграции этих восприятий с моторными планами и, наконец, контроля и выполнения этих моторных планов. Подражательный разум — одна из первых книг, посвященных нейронным основам подражания. Это обзор эмпирической работы по подражанию, который обеспечивает хорошо интегрированное представление о подражательном поведении и его нейронных механизмах, опираясь на широкий спектр дисциплин в области поведенческих наук и наук о мозге. Действительно, изучение подражания обязательно требует междисциплинарного подхода, выходящего далеко за рамки нейробиологии. Традиционно являясь объектом изучения сравнительной психологии и психологии развития, имитация также изучается в антропологии и искусственном интеллекте.

Книга разделена на три раздела: в первом представлены работы по психологии развития и сравнительной психологии, во втором — по экспериментальной и когнитивной психологии, а в третьем — по неврологии. Хотя эта структура, по-видимому, не способствует перекрестным обсуждениям между главами и темами, рассматриваемыми в разных дисциплинах, в книге удается достичь высокого уровня интеграции. Частично этот успех, безусловно, связан со вступительными замечаниями редакторов, которые кратко и эффективно касаются возобновившегося интереса к имитации и подходам, используемым для изучения ее функциональных и нейронных механизмов.Однако большая часть достоинств книги заключается в самих главах, большинство из которых искусно написаны таким образом, что их актуальность выходит за рамки рассматриваемой дисциплины и освещает также вопросы, относящиеся к соседним дисциплинам.

Два редактора являются ведущими фигурами в области психологии развития и экспериментальной психологии, и их вклад в исследования хорошо сочетается концептуально. Эндрю Мельцофф произвел революцию в мире психологии развития в 1970-х годах, когда показал, что очень маленькие младенцы (самому младшему было всего 42 минуты) обладают некоторыми рудиментарными способностями к подражанию.Его открытия опровергли господствовавшую тогда парадигму «обучения подражанию», предложенную Пиаже, и фактически предположили, что дети учатся путем подражания. Вольфганг Принц построил свою экспериментальную работу в рамках модели, которая предполагает общие коды для восприятия и действия, что хорошо согласуется с данными о развитии, предоставленными работой Мельцоффа. Недавнее открытие группой под руководством Джакомо Риццолатти «зеркальных нейронов» у макаки — премоторных нейронов, которые возбуждаются как при выполнении действия обезьяной, так и при наблюдении за другим животным, выполняющим это действие, — кажется естественным нейробиологическим аналогом психологии развития Мельцоффа. работы и работы Принца по экспериментальной психологии.Излишне говорить, что зеркальные нейроны играют центральную роль в этой книге. Риццолатти и его коллеги четко описывают большинство своих основных открытий в одной главе, а несколько других участников ссылаются на зеркальные нейроны в своих главах или ссылаются на зеркальные нейроны, чтобы поддержать и объяснить некоторые из своих открытий.

Из этой книги вытекают три основные концепции, представляющие особый интерес для неврологов: роль последовательного обучения в подражании, роль иерархических структур в подражательных действиях и решающая роль лобно-височных взаимодействий в восприятии действия и подражании.Эндрю Уайтэн обращается к сравнительному подражательному обучению последовательностям у нормальных и аутичных детей, а также у обезьян. Интересно, что последовательное обучение часто изучалось в когнитивной нейробиологии в последние десять лет, но нейронная основа последовательного обучения в имитативной задаче еще не рассматривалась. Следует надеяться, что эта книга будет стимулировать такое исследование. Роберт Бирн исследует иерархию подражания у человекообразных обезьян, а Гаттис, Беккеринг и Вольшлагер делают то же самое в своем исследовании целенаправленного подражания у детей.Недавние данные визуализации показывают, что критической нервной структурой для целенаправленного подражания у людей является нижняя лобная извилина, а именно область Бродмана 44, которая считается человеческим гомологом области F5 мозга макаки, ​​премоторной области, содержащей зеркальные нейроны. В главе Перретта и его коллег систематически описываются зрительные свойства нейронов в переднем секторе верхней височной борозды. Эти нейроны обладают зрительными свойствами, очень похожими на свойства премоторных зеркальных нейронов.Естественно предположить некоторый уровень взаимодействия между верхними височными и нижними лобными нейронами при восприятии и подражании действиям. Недавняя работа с изображениями начала решать эту проблему эмпирически.

Книга также хорошо определяется тем, что упущено. Недавние вычислительные и робототехнические подходы, сильно ориентированные на понимание механизмов, способствующих имитационному обучению, не обсуждаются. Психологические модели, которые обращаются к механизмам, зависящим от опыта, постигнет та же участь.В некотором смысле это имеет смысл. Работа Мельцова была интерпретирована больше другими, чем самим Мельцовым, в рамках сильной, хотя и ненужной, нативистской структуры. Более того, модель «действие-восприятие» Принца не сильно связана с вопросом о том, формируется ли совместное использование перцептивных и моторных кодов опытом или запрограммировано. Хотя « Подражательный разум» не занимает твердой позиции по вопросу о врожденном и опытно-зависимом подражании, я не удивлюсь, если книга будет восприниматься больше как «природная» сторона континуума природа-воспитание.Даже если это воспринимается так, я убежден, что даже те, кто ближе к «воспитанию» континуума, сочтут книгу достойной прочтения.

Информация об авторе

Филиалы

  1. Ahmanson Lovelace Brain Mapping Center, Школа медицины Дэвида Геффена в UCLA, 660 Charles E. Young Drive South, Los Angeles,

    , California, USA

    Marco Iacoboni

  2. статья

    Цитировать эту статью

    Iacoboni, M.Обезьяна видит обезьяна делает. Nat Neurosci 6, 109 (2003). https://doi.org/10.1038/nn0203-109

    Загрузить цитату

    Поделиться этой статьей

    Любой, с кем вы поделитесь следующей ссылкой, сможет прочитать этот контент:

    Получить ссылку для общего доступа

    Извините, ссылка для общего доступа в настоящее время недоступно для этой статьи.

    Предоставлено инициативой Springer Nature SharedIt по обмену контентом.

    Monkey See, Monkey Speak — Scientific American

    На острове Тиваи есть тайна.На этом большом заповеднике дикой природы в Сьерра-Леоне обитают карликовые бегемоты, сотни видов птиц и несколько видов приматов, в том числе обезьяны Кэмпбелла. Эти обезьяны общаются с помощью продвинутого языка, который приматологи и лингвисты изучают десятилетиями. Со временем эксперты почти взломали код словаря обезьян.

    И тут появился крак . В Тайском лесу Берега Слоновой Кости обезьяны Кэмпбелла ( Cercopithecus campbelli ) используют термин krak , чтобы указать, что поблизости находится леопард, и термин hok , чтобы предупредить о кружащемся орле.Приматологи соответствующим образом проиндексировали свой обезьяний лексикон. Но на острове Тиваи они обнаружили, что те же самые обезьяны использовали крак в качестве общего тревожного сигнала, который иногда даже относился к орлам.

    «С какой стати они производили крак , когда услышали орла», — спрашивает соавтор Филипп Шленкер, лингвист из Национального центра научных исследований Франции и глобальный профессор Нью-Йоркского университета. «По какой-то причине krak , который является леопардом в лесу Тай, кажется, переработан в качестве общего сигнала тревоги на острове Тивай.

    В статье, опубликованной 28 ноября в журнале Linguistics and Philosophy , Шленкер и его команда применили логику и человеческую лингвистику для взлома кода krak . Их результаты показывают, что некоторые диалекты обезьян могут быть такими же сложными, как и человеческий язык.

    Обезьянья азбука
    В 2009 году группа ученых отправилась в Тайский лес с одной миссией — напугать обезьян Кэмпбелла. Предыдущие исследования собирали крики обезьян, а затем анализировали расплывчатые значения, основанные на событиях, которые уже происходили на лесной подстилке.Но эти приматологи создавали реалистичные модели леопардов и проигрывали по громкоговорителям записи криков орлов. Их полевые эксперименты привели к одним из лучших доступных данных о том, как обезьяны вербально реагируют на хищников.

    «Если вы действительно хотите понять значение звонка, вам нужен полевой эксперимент», — говорит Шленкер. «Если вы сами являетесь триггером, вы гораздо лучше контролируете, что вызывает каждую последовательность вызовов в первую очередь».

    Сначала приматологи собрали несколько основных криков обезьян: крак, хок, крак-оо, хок-оо и бум .

    Они пришли к выводу, что krak означает леопарда, а hok означает орла. Суффикс oo смягчал значение каждого слова: krak-oo указывало на незначительные беспорядки на земле, тогда как hok-oo предназначалось для менее серьезных воздушных угроз, таких как падающие ветки. Бум означал, что берег свободен.

    Проблемы на острове Тивай
    Но когда приматологи отправились на остров Тивай, они обнаружили загадочные различия в диалекте обезьян.На Тивае нет леопардов, но островные обезьяны постоянно использовали крак . «На острове, в ситуации с орлом, вы нашли много hok , но вы также нашли много krak », — говорит Шленкер. «Это было удивительно, потому что krak должен был быть сигналом тревоги леопарда».

    Возникла одна доминирующая теория. Даже когда люди говорят на одном языке, у них, как правило, есть различия в диалектах. Например, говорит Шленкер, слово «брюки» может означать модные брюки для американца, но в Британии оно означает длинное нижнее белье.Лингвисты утверждали, что крак был общим тревожным сигналом для любой наземной угрозы. В лесу это означало леопарда. На острове, где не было леопардов, он превратился в очень общий сигнал тревоги, указывающий на что угодно, но только не на орла.

    На короткое время загадка, казалось, была решена, пока они не поняли, что островные обезьяны используют крак для всех видов тревоги. «Когда мы посмотрели на распределение krak , мы обнаружили, что это происходит во всех возможных ситуациях, в том числе в ситуации с орлом», — говорит Шленкер.

    Взлом кода крак
    Шленкер и его команда решили применить более творческий, лингвистический подход к разгадке тайны krak . Во-первых, он переопределил крики обезьян, переведя крак как общую тревогу, крак-оо как незначительную тревогу и хок как воздушную тревогу. Важным результатом стало то, что krak-oo и hok теперь были гораздо более конкретными терминами, чем krak .

    Вот где все становится сложно: значения слов, как правило, зависят от контекста. В человеческом языке мы выбираем наиболее конкретный доступный термин, а когда мы этого не делаем, слушатель делает вывод, что есть особая причина, по которой мы выбрали относительно расплывчатое слово. Проще говоря, «слова конкурируют друг с другом», — говорит Шленкер. — А ты используй более информативный.

    Шленкер применил те же рассуждения к обезьянам Кэмпбелла. «Важно то, что в этой ситуации и крак-оо , и хок более информативны, чем крак », — говорит он.«По логике, если вы слышите крак , вы можете сделать вывод, что была причина, по которой крак-оо и хок не были произнесены, поэтому вы делаете вывод об отрицании». То есть, когда обезьяны в лесу говорят крак , они также подразумевают не -хок и не -крак-оо , ни незначительную угрозу, ни воздушную угрозу. В лесу обезьяны понимают, что это должно относиться к леопарду — единственной крупной невоздушной угрозе поблизости.

    Однако на острове это остается всеобщим тревожным сигналом.Это потому, что krak по своей сути не подразумевает отрицания. На Тивае нет леопардов. Когда обезьяны слышат крак , у них нет причин делать вывод не- крак и не- крак-оо , потому что это не имеет смысла (серьезных наземных угроз нет). В этой ситуации термин крак возвращается к своему простейшему значению, без каких-либо выводов, и указывает на общую тревогу, которая может даже предупредить об орлах, кружащих над головой.

    Предупреждение о словах
    В целом, эксперты считают выводы важными.«Я знаю об этой работе и думаю, что она очень многообещающая», — написал по электронной почте Роберт Сейфарт, профессор психологии Пенсильванского университета и пионер в области изучения поведения и обучения животных. «Это первый случай, когда профессиональный лингвист взялся за данные о комбинациях криков у диких обезьян».

    Арик Кершенбаум, зоолог из Кембриджского университета, согласен с тем, что изучение криков животных через призму лингвистики было стоящим занятием.«Слишком часто мы априори решаем, что, поскольку общение животных — это не язык, применять лингвистические инструменты бессмысленно», — говорит он. «Я думаю, что это освежающий и столь необходимый формализм для изучения сигналов животных».

    Но Кершенбаум предупреждает, что предложенный в статье механизм krak основан скорее на гипотезах, чем на экспериментальных данных. «Хотя эта текущая работа кажется очень последовательной внутренне, она опирается на шаткое основание корреляции», — говорит он.«Без экспериментального подтверждения эта предпосылка действительно весьма спекулятивна».

    Он добавляет, что, хотя логика хорошо сочетается, невозможно сделать определенные выводы о том, как обезьяны используют крак , без последующих экспериментов в полевых условиях. «В целом, мои мысли — абсолютно увлекательный взгляд на вещи», — говорит он. — А теперь посмотрим, выдержит ли.

     

    «Исповедь обезьяны Синагава», Харуки Мураками

    Я встретил эту пожилую обезьяну в маленькой гостинице в японском стиле в городке с горячими источниками в префектуре Гунма около пяти лет назад.Это был деревенский или, точнее, ветхий постоялый двор, еле державшийся, где мне только что довелось переночевать.

    Я путешествовал, куда бы ни вел меня дух, и было уже за 7 P . М . когда я прибыл в город с горячими источниками и вышел из поезда. Осень подходила к концу, солнце уже давно село, и место было окутано тем особенным темно-синим мраком, свойственным горным местам. С вершин дул холодный пронизывающий ветер, и листья размером с кулак шуршали по улице.

    Я прошел через центр города в поисках ночлега, но ни одна приличная гостиница не принимала гостей после обеда. Я остановился в пяти или шести местах, но все они мне отказали. Наконец, в пустынном районе за городом я наткнулся на гостиницу, которая должна была меня принять. Это было пустынное, ветхое место, почти ночлежка. Прошло много лет, но в нем не было той причудливой привлекательности, которую можно ожидать от старой гостиницы. Фурнитура здесь и там была слегка наклонена, как будто был сделан небрежный ремонт, который не сочетался с остальным помещением.Я сомневался, что оно переживет следующее землетрясение, и мог только надеяться, что пока я буду там, землетрясение не произойдет.

    В гостинице не подавали ужин, но завтрак был включен, и цена за одну ночь была невероятно дешевой. В подъезде была простая стойка администратора, за которой сидел совершенно безволосый старик, лишенный даже бровей, который взял с меня плату за одну ночь вперед. Из-за отсутствия бровей большие глаза старика блестели причудливо, ослепительно. На подушке на полу рядом с ним крепко спала большая коричневая кошка, такая же древняя.Что-то, должно быть, было не так с его носом, потому что он храпел громче, чем любая кошка, которую я когда-либо слышал. Время от времени ритм его храпа прерывался. Все в этой гостинице казалось старым и разваливающимся.

    Комната, которую мне показали, была тесной, как кладовая, где хранят футоны; свет на потолке был тусклым, а пол под татами зловеще скрипел при каждом шаге. Но было слишком поздно, чтобы быть конкретным. Я сказал себе, что должен быть счастлив иметь крышу над головой и футон, на котором можно спать.

    Я поставил свой единственный багаж, большую сумку через плечо, на пол и отправился обратно в город. (Это была не совсем та комната, в которой я хотел бы бездельничать.) Я пошел в ближайший магазин лапши соба и поужинал. Либо так, либо ничего, поскольку других ресторанов не было. У меня было пиво, несколько закусок в баре и немного горячей лапши. Соба была посредственной, суп чуть теплым, но, опять же, я не собирался жаловаться. Это лучше, чем ложиться спать на голодный желудок. После того, как я вышел из магазина соба, я подумал, что куплю немного закусок и маленькую бутылку виски, но не смог найти круглосуточный магазин. Было восемь часов вечера, и единственными открытыми местами были игровые тиры, типичные для городов с горячими источниками. Так что я пригнал его обратно в гостиницу, переоделся в халат юката и спустился вниз, чтобы принять ванну.

    По сравнению с ветхим зданием и удобствами купальня с горячими источниками в гостинице была на удивление прекрасной. Испаряющаяся вода была густо-зеленого цвета, неразбавленная, с запахом серы, более резким, чем что-либо, что я когда-либо испытывал, и я вымок в нем, согреваясь до костей.Других купающихся не было (я понятия не имел, есть ли в гостинице вообще другие гости), и я смог насладиться долгим неторопливым купанием. Через некоторое время я почувствовал легкое головокружение и вышел, чтобы остыть, а затем вернулся в ванну. Может быть, эта ветхая гостиница все-таки была хорошим выбором, подумал я. Это было определенно спокойнее, чем купаться с какой-нибудь шумной туристической группой, как это делают в больших гостиницах.

    Я купался в ванне в третий раз, когда обезьяна с грохотом открыла стеклянную дверь и вошла внутрь. — Извините, — сказал он низким голосом. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он был обезьяной. Из-за густой горячей воды я был немного ошеломлен, и я никак не ожидал услышать речь обезьяны, поэтому я не мог сразу установить связь между тем, что я видел, и тем фактом, что это была настоящая обезьяна. Обезьяна закрыла за ним дверь, поправила разбросанные ведерки и сунула в ванну градусник, чтобы проверить температуру. Он пристально смотрел на циферблат термометра, сузив глаза, на всеобщее обозрение, как бактериолог, выделяющий какой-то новый штамм возбудителя.

    «Как баня?» — спросила меня обезьяна.

    «Очень приятно. Спасибо, — сказал я. Мой голос звучал густо, мягко, в паре. Он звучал почти мифологически, не как мой собственный голос, а скорее как эхо прошлого, возвращающееся из глубины леса. И это эхо было . . . держать на секунду. Что здесь делала обезьяна ? И почему он говорил на моем языке?

    «Потереть тебе спину?» — спросила обезьяна все еще низким голосом. У него был чистый, соблазнительный голос баритона в группе ду-воп.Совсем не то, что вы ожидаете. Но в его голосе не было ничего странного: если закрыть глаза и прислушаться, то можно подумать, что это говорит обычный человек.

    «Да, спасибо», — ответил я. Не то чтобы я сидел там и надеялся, что кто-нибудь придет и почистит мне спину, но если бы я отказал ему, я боялся, что он может подумать, что я против того, чтобы это делала обезьяна. Я подумал, что это было любезное предложение с его стороны, и я, конечно же, не хотел его обидеть. Поэтому я медленно вылез из ванны и плюхнулся на маленькую деревянную платформу спиной к обезьяне.

    На обезьяне не было одежды. Что, конечно, обычно бывает у обезьян, так что это не показалось мне странным. Он казался довольно старым; у него было много седины в волосах. Он принес маленькое полотенце, натер его мылом и опытной рукой хорошенько вытер мне спину.

    «Сегодня очень холодно, не так ли?» заметила обезьяна.

    «У него есть».

    «Вскоре это место будет покрыто снегом. А потом придется сгребать снег с крыш, а это, поверьте, непростая задача.

    Повисла короткая пауза, и я вскочил. — Значит, ты умеешь говорить на человеческом языке?

    «Я действительно могу», — живо ответила обезьяна. Наверное, его часто об этом спрашивали. «Меня воспитывали люди с раннего возраста, и прежде чем я это осознал, я смог говорить. Я довольно долго жил в Токио, в Синагаве».

    «Какая часть Синагавы?»

    «Вокруг Готенямы».

    «Хороший район».

    «Да, как вы знаете, это очень приятное место для жизни. Рядом находится сад Готеняма, и я наслаждался там природными пейзажами.

    На этом наш разговор прервался. Обезьяна продолжала энергично тереть мою спину (что было прекрасно), а я все это время пытался рационально разобраться во всем. Обезьяна, выросшая в Синагаве? Сад Готеняма? И такой свободный динамик? Как это было возможно? Боже мой, это была обезьяна . Обезьяна, и больше ничего.

    — Я живу в Минато-ку, — сказал я, по сути, бессмысленное заявление.

    — Значит, мы были почти соседями, — дружелюбно сказала обезьяна.

    «Что за человек воспитал тебя в Синагаве?» Я попросил.

    «Мой хозяин был профессором колледжа. Он специализировался на физике и занимал кафедру в Токийском университете Гакугэй».

    «Значит, интеллигент».

    «Конечно, был. Больше всего на свете он любил музыку, особенно музыку Брукнера и Рихарда Штрауса. Благодаря чему я и сам пристрастился к этой музыке. Я слышал это все время. Можно сказать, узнал об этом, даже не осознавая этого.»

    «Вам нравится Брукнер?»

    «Да. Его Седьмая симфония. Я всегда нахожу третью часть особенно вдохновляющей».

    — Я часто слушаю его Девятую симфонию, — вмешался я. Еще одно довольно бессмысленное заявление.

    Обезьяна в зеркале: почти незнакомец

    Аннотация

    Широко распространено мнение, что обезьяны видят в зеркале незнакомца, тогда как обезьяны и люди узнают себя. В этом исследовании мы подвергаем сомнению предыдущее предположение, используя подробное сравнение того, как обезьяны реагируют на зеркала по сравнению с живыми людьми.Восемь взрослых самок и шесть взрослых самцов бурых обезьян-капуцинов ( Cebus apella ) дважды подвергались воздействию трех условий: ( i ) знакомый однополый партнер, ( ii ) незнакомый однополый партнер и ( iii ) зеркало. Женщины демонстрировали больше зрительного контакта и дружелюбного поведения, а также меньше признаков беспокойства перед зеркалом, чем при встрече с незнакомым партнером. Самцы проявляли большую двусмысленность, но и они по-разному реагировали на зеркала и незнакомцев.Различие между условиями было немедленным, и слепые программисты смогли определить разницу между обезьянами в трех условиях. Таким образом, капуцины, кажется, признают свое отражение в зеркале особенным и не могут спутать его с настоящим сородичем. Возможно, они достигают промежуточного уровня различения себя-другого между видением своего зеркального отражения как другого и узнаванием его как себя.

    Наш вид всегда восхищался отражающими поверхностями, потому что они буквально заставляли нас размышлять о самих себе (1, 2).Это увлечение переросло в давнюю традицию исследований самоидентификации зеркального образа, известных как зеркальное самораспознавание (ЗСР). Сравнения с другими видами были частью этой традиции с тех пор, как было показано, что человекообразные обезьяны более сложным образом реагируют на зеркала, чем другие животные. Обезьяны демонстрируют все признаки осознания случайности с зеркалом (3, 4), вплоть до того, что украшают себя перед ним (5). Гэллап (6) был первым, кто официально проверил зеркальное понимание, применив так называемый «меточный тест» к обезьянам и человекообразным обезьянам, подтвердив MSR у последних, но не у первых.

    Тест на баллы стал стандартом в сравнительных исследованиях зеркал, а также громоотводом для тех, кто выступает против когнитивных Рубиконов, таких как подразумеваемый контраст в самосознании. Тест на оценку состоит в том, что краску без запаха наносят на лицо в месте, невидимом для испытуемого, без помощи зеркала. Если субъект затем выборочно осматривает нарисованное пятно, руководствуясь зеркалом, считается, что он обладает MSR. Текущий консенсус состоит в том, что все человекообразные обезьяны (т. е. шимпанзе, бонобо, гориллы и орангутаны) способны пройти тест на оценку, хотя далеко не каждая отдельная обезьяна это делает, и что, за исключением людей, никакие другие приматы не обладают этим тестом. емкость (7, 8).

    Зеркала и сопереживание

    Зеркальные ответы сами по себе мало интересны биологу, поскольку кажутся функционально нерелевантными. Приматы действительно сталкиваются со своим зеркальным отражением в естественных условиях (рис. 1), но трудно представить себе естественный отбор для самопознания. Важность MSR заключается скорее в его когнитивных коррелятах. Более четкое различие между социальной средой и собой может позволить более продвинутые формы интерсубъективности, в которых субъект связывается с эмоциональным состоянием объекта, таким как дистресс, не упуская из виду того, кто на самом деле находится в ситуации, вызвавшей это состояние. Вместо того, чтобы смешивать свои эмоции и эмоции другого, их можно держать отдельно друг от друга. Таким образом, MSR был назван «маркером разума» наряду с эмпатией и атрибуцией (9).

    Рисунок 1.

    Молодой шимпанзе играет со своим отражением в воде. Известно, что обезьяны связывают свои отражения с собой. [Фотография Ф.Б.М.д.В. и воспроизведено с разрешения (Авторское право, FBM de Waal).]

    В онтогенезе человека возникновение высших форм эмпатии, при которых дети перенимают точку зрения других, действительно совпадает с первыми признаками СМР (10, 11). de Waal (12) предположил аналогичную связь в ходе филогенеза, т. е. люди и человекообразные обезьяны, обладающие MSR, демонстрируют более сложные проявления эмпатии, чем обезьяны, у которых отсутствует MSR. Это различие не отрицает эмоциональную связанность у обезьян, но эмпатия у этих животных может не выходить за рамки так называемого эмоционального заражения, т. е.д., соответствие чужому эмоциональному состоянию (13).

    Литература предлагает поразительные описания когнитивной эмпатии и помогающего поведения у обезьян (4, 12, 14–18). Единственными другими животными, для которых известен аналогичный набор помогающих реакций, являются дельфины и слоны (19–22). Примечательно, что единственным негоминоидом, для которого есть убедительные доказательства MSR, является дельфин-афалина (23). В одном исследовании не удалось обнаружить MSR у слонов (24), но необходимы дополнительные исследования, прежде чем слонов можно будет считать исключением из предполагаемой связи между MSR и эмпатией.

    В отряде приматов были обнаружены систематические различия в отношении облегчения страданий других. Утешение, определяемое как ободряющий контакт (например, обнимание рукой другого за плечи) постороннего свидетеля с жертвой агрессии, было продемонстрировано у шимпанзе, но пока не у обезьян (25–28).

    Таким образом, крупные гоминоиды эмпирически отличаются от других приматов на двух фронтах тем, что они демонстрируют MSR, а также утешение и целенаправленную помощь. То, что обезьяны идут дальше в своих выражениях эмпатии, вероятно, основано на том же усилении различия между мыслями о себе и других, что лежит в основе перехода от «личного страдания» к «эмпатической заботе» (или «сочувствию») во время человеческого онтогенеза (29, 30).

    Непрерывность

    Становится важным установить, где кончается межвидовая преемственность и начинаются различия. Что касается эмпатии, Престон и де Ваал (31–33) обсуждают различные уровни, а также основные черты, общие для всех млекопитающих.Первые формы эмпатии, вероятно, возникли вместе с родительской заботой (34, 35), начиная с сопоставления состояний, основанного на общих представлениях о действии и восприятии и интернализации состояния объекта (31). Неврологические данные об этом так называемом механизме «восприятие-действие» за последние годы быстро увеличились (36–39). Вокруг этого основного механизма развивались более продвинутые способности, пока весь набор уровней интерсубъективности не стал напоминать многослойную матрешку (40).

    Аналогичная последовательность и уровни сложности ожидаются и в отношении зеркальных ответов.Но здесь есть две школы мысли. Одна школа, преобладающая в сравнительной психологии, проводит резкую границу: самопознание своего зеркального отражения предполагает понятие «я» (6), следовательно, у видов, лишенных СМР, отсутствует это понятие. Таким образом, самосознание рассматривается как феномен «все или ничего». Другая школа, преобладающая в психологии развития, рассматривает Я-концепцию как конечную точку постепенного изменения: концепция существует до MSR, но еще недостаточно развита, чтобы ее можно было обнаружить с помощью теста на оценку (41): «Зеркальное распознавание — это явление, заслуживающее изучения, но оно вводит в глубокое заблуждение как показатель самосознания» (42).

    Резкая граница в сравнительной психологии привела к объединению всех животных без MSR как представляющих единую когнитивную стадию, от рыб и птиц с маленьким мозгом (например, никогда не прекращающиеся атаки малиновки на свое изображение в оконном стекле) до животных такие как собаки и обезьяны (43). Роша классифицировал обезьян на нулевом уровне самосознания, т. е. путанице между зеркалом и реальностью (44). Литература по-разному описывает то, что обезьяна видит в зеркале, как «другую особь» (1), «другое животное с такими же обстоятельствами, как и она сама» (45) или «странный сородич» (46).

    Вместо того, чтобы предполагать, что самосознание появилось в результате Большого Взрыва, не следует ли изучающим поведение животных принять градуалистскую концепцию психологии развития? Последнее имеет более эволюционный смысл. Поиски преемственности принимали разные формы, от оспаривания достоверности теста на оценки (ссылка 47, опровергнутая ссылкой 48; ссылка 49, опровергнутая ссылкой 50) и вопросов о смешанной роли внимания и мотивации (51, 52) к новаторским подходам, которые полностью обходят зеркала (53, 54).Действительно, утверждалось, что некоторый уровень самосознания должен присутствовать у каждого животного (55, 56).

    Учитывая большое количество неудачных попыток продемонстрировать MSR у негоминоидов (8), мы здесь принимаем фундаментальное различие в зеркальной реакции между обезьянами и человекообразными обезьянами. Вместо этого мы исследуем любопытно забытый вопрос: предположение, что обезьяны видят незнакомца в зеркале. Несколько исследований, в которых сравнивали реакцию обезьян на зеркало с их реакцией на сородича, намекают на дифференциацию.Например, Itakura (57) сообщает, что частота сердечных сокращений макак, столкнувшихся с незнакомцем, сначала повышается, затем падает, тогда как частота сердечных сокращений сразу же снижается при воздействии на них зеркала. Успокаивающий эффект собственного отражения также анекдотически предполагается для диких бабуинов (58), а признаки различения между собственным отражением и незнакомым сверстником были отмечены у макак (46). Поэтому не следует считать само собой разумеющимся, что обезьяны ошибочно принимают свое зеркальное отражение за настоящего сородича (7, 59).

    Однако макаки, ​​выращенные на дыбах перед зеркалом, возобновляли социальные реакции, как только их зеркало либо перемещали, либо убирали и возвращали обратно (60, 61). Эти обезьяны понимали зеркальные поверхности (например, оборачивались, чтобы посмотреть на людей, обнаруженных в зеркале), но, казалось, не обращали внимания на источник того, что они видели, глядя на себя. И все же, даже если обезьяны не узнают себя в зеркале, значит ли это, что они так же сбиты с толку, как рыбы и птицы с маленьким мозгом?

    Психологи, занимающиеся проблемами развития, различают два уровня понимания зеркала, промежуточные между путаницей зеркала и другого (уровень 0) и MSR (уровень 3) (44).Уровень 1 — это дифференциация между совершенной контингентностью зеркального отображения с собой и другими событиями в окружающей среде. Уровень 2 — это тенденция исследовать эту случайность, что означает, что субъекты связывают то, что они видят в зеркале, со своим собственным телом. Учитывая недавние данные о том, что обезьяны распознают подражание другим (62), они должны быть в состоянии достичь уровня 1. Возможно, они реагируют как маленькие дети, которые, кажется, отличают свое отражение от другого человека задолго до появления MSR (63, 64). .Отличие этих детей от себя и другого может иметь параллели в филогенезе, а это означает, что некоторые виды, не относящиеся к MSR, достигают уровня 1 или 2 зеркального понимания.

    Настоящее исследование

    Настоящее исследование является наиболее подробным на сегодняшний день сравнением реакции обезьян на зеркала и на незнакомцев сородичей. В исследовании используется коричневая или хохлатая обезьяна-капуцин ( Cebus apella ), неотропический примат, который соответствует не-обезьяньему образцу отсутствия MSR и направления социального поведения в зеркало (65–69).Капуцины являются одними из самых долгоживущих приматов с самым большим мозгом, чьи когнитивные способности обычно сравнивают с шимпанзе. Использование инструментов обезьянами-капуцинами впечатляет (70), что может иметь отношение к реакциям зеркала из-за предполагаемой связи между использованием инструментов и кинестетическим представлением о себе (71–73).

    В отношении эмпатии капуцины тоже могут быть особенными. Как и другие обезьяны, они не могут инициировать утешение, но они вселяют уверенность в страдающих людей, ищущих контакта (74). Обезьяны-капуцины также охотно делятся друг с другом едой и очень склонны к сотрудничеству как в дикой природе, так и в неволе (75–78).

    Ривьелло и др. (68) сообщил о «проверке реальности» коричневых капуцинов, смотрящих на свое отражение, что также было предложено для карликовых мартышек (79) и известно о человеческих младенцах до MSR (41). Один молодой капуцин держал свой хвост руками, попеременно терся им о зеркальную поверхность и о пол, как бы исследуя разницу между отражающей и неотражающей поверхностью.Такое любопытство резко контрастирует с его отсутствием у рыб и птиц с маленьким мозгом, столкнувшихся с зеркалом.

    Методы

    Предметы и жилье. Коричневых обезьян-капуцинов содержали двумя отдельными группами в Йерксском национальном исследовательском центре приматов. В одну группу вошли три взрослых самца, шесть взрослых самок и восемь неполовозрелых (т.е. в возрасте до 5 лет). Во вторую группу вошли пять взрослых самцов, семь взрослых самок и четыре неполовозрелых особи.Оба вольера имели внутреннюю и наружную части. Непрозрачная перегородка препятствовала визуальному, но не акустическому контакту между группами. Каждый день обезьяны получали печенье, фрукты, овощи и воду вволю.

    Возраст восьми женщин, участвовавших в исследовании 1, варьировался от 6 до приблизительно 30 лет. У четырех самок было зависимое потомство в возрасте до 1 года, которое сопровождало своих матерей (см. Таблицу 3, опубликованную в качестве вспомогательной информации на веб-сайте PNAS).Каждое испытание со знакомой самкой из своей группы или с незнакомой самкой (чужой) из другой группы служило одинаковым условием для партнера как испытуемого. Пары испытуемых выбирались на основе сходства возраста и ранга. Использовались только неродственные пары взрослых самок.

    Возраст шести мужчин в исследовании 2 варьировался от 6 до 30 лет (таблица 3). Незнакомые пары имели соответствующие ранги в своих домашних группах. Использовались только пары взрослых самцов, не связанных по материнской линии, но самый старший самец, Айк, является подтвержденным отцом Оззи.

    Предыдущий опыт. Ни один из испытуемых ранее не подвергался преднамеренному воздействию зеркал, но мы не можем исключить неэкспериментальное воздействие. Все обезьяны в нашем учреждении знакомы с отражающими поверхностями, такими как окна, бассейны с водой и металлические стекла. Поэтому лучше всего рассматривать испытуемых как периодически подвергавшихся воздействию в основном низкокачественных отражающих поверхностей.

    Многие предметы ранее использовались в исследованиях по разделению пищи, сотрудничеству и материальному обмену (77, 80, 81).Обезьяны из разных групп не жили вместе 12 лет, и сожительство до этого периода относилось только к четырем старшим самкам.

    Исследование 1: Женщины. Для перемещения испытуемых в знакомую испытательную камеру, расположенную перед их жилищем, использовалась обученная процедура разделения. Остальная часть колонии (то есть обе группы) была заперта снаружи здания во время испытаний. Все тесты проводились в камере размером 144 × 60 × 60 см, которая использовалась более десяти лет для ежедневных тестов в обеих группах (т.э., в камере были собраны запахи особей обеих групп). Камера была разделена на две равные части. В парных тестах первого испытуемого вводили в камеру, а затем усаживали в отдельную секцию, отделенную от другого комбинацией сетчатой ​​перегородки и прозрачной лексановой панели (рис. 2 a ). ), предлагая визуальный, но не тактильный контакт с партнером. Тактильные ощущения были такими же, как и при зеркальных тестах, когда зеркало помещалось сразу за сеткой так, что визуально ситуация напоминала наличие партнера за сеткой.Тестировались следующие три состояния: ( и ) знакомый, за сеткой и лексаном сидела женщина из собственной группы испытуемого; ( ii ) незнакомец, за сеткой и Лексаном сидела женщина из другой группы; и ( iii ) зеркало, расположенное непосредственно за сеткой, зеркало обращено к субъекту.

    Рис. 2.

    Испытательная камера для экспериментов с самками ( a ) и самцами ( b ) обезьян-капуцинов.Визуальные и тактильные ощущения во время зеркального и партнерского тестов оставались постоянными. Самки были разделены одной перегородкой, состоящей либо из одного слоя сетки и прозрачного лексана, если с другой стороны был партнер, либо из зеркала сразу за слоем сетки без фактического партнера на другой стороне. Самцов держали на расстоянии друг от друга на расстоянии 45 см друг от друга. Они либо смотрели на партнера через сетку и лексан на своей стороне, а также такой же двойной слой на стороне партнера, либо смотрели через сетку и лексан на зеркало, расположенное посередине, таким образом отражая тот же двойной слой со своей стороны. собственное отражение за ним.(Воспроизведено с разрешения авторов. )

    Перед каждым знакомым и незнакомым испытанием одна обезьяна заходила в свою секцию камеры и снималась на видео с момента входа партнера в свою секцию. В зеркальных тестах видеосъемка начиналась, когда испытуемый входил в камеру, отмечая начало экспозиции. Все тесты длились 15 минут, в присутствии экспериментатора. Каждый испытуемый проходил через три условия тестирования, указанные выше, в рандомизированном порядке. После того, как все испытуемые прошли через три условия по одному разу, была проведена вторая серия рандомизированных испытаний, в которой испытуемые были соединены с теми же партнерами, что и в первой.Ни один человек никогда не подвергался тестированию более одного раза в день.

    Цифровые видеоролики были закодированы для 16 вариантов поведения (см. Таблицу 4, опубликованную в качестве вспомогательной информации на веб-сайте PNAS) вместе с минутным блоком, в котором происходило поведение. Мы также отметили продолжительность контакта матери и младенца (т. е. младенцы были закодированы как находящиеся либо с матерью, либо без нее). До начала исследования модели поведения делились на социально позитивные (т. е. модели, часто используемые в дружеском общении или ухаживании) и социально негативные (т.е., паттерны, выражающие враждебность, тревогу или страх), классификация, основанная на литературе (70, 82–84). «Разборка» была классифицирована как отрицательная, поскольку потенциально могла привести к побегу из испытательной камеры, если обезьяне удалось снять панель (как это произошло в одном отмененном тесте зеркала самцов).

    Видеозапись показала всю тестовую камеру, что позволило нам определить, устанавливали ли испытуемые зрительный контакт с партнером или с зеркалом. Эти видеоролики не подходили для слепого кодирования, поскольку раскрывали условия тестирования.Третий тестовый прогон был проведен на самках незадействованным членом команды с углом камеры, избегающим перегородки в тестовой камере. Эти ленты скрывали условия испытаний. Было проведено двенадцать тестов, в которых четыре человека подвергались воздействию всех трех условий. Два сотрудника лаборатории независимо просматривали записи, чтобы оценить условия теста по поведению испытуемого, а затем их оценки сравнивались с реальными условиями теста.

    Исследование 2: Самцы. Самцов тестировали в одной камере, с той разницей, что вместо одной перегородки посередине их было две на расстоянии друг от друга, что удерживало испытуемых на расстоянии 45 см друг от друга (рис. 2 б ). Каждая из двух перегородок состояла из сетки и лексана. В знакомом и незнакомом тестах испытуемые видели друг друга сквозь оба слоя, тогда как в зеркальном тесте зеркало помещалось в центральную прорезь так, чтобы испытуемый смотрел на свое отражение через слой сетки и лексана, а также на отражение этот слой.Эта модификация камеры предотвращала тесную близость между незнакомыми самцами, которая может быть крайне враждебной.

    Мужчины тоже прошли все три условия в случайном порядке в одном раунде, а затем еще раз во втором раунде. Тесты записывались на видео двумя камерами, одна из которых показывала только одного субъекта и не раскрывала условия испытаний, поэтому пленку можно было использовать для слепого кодирования.

    Анализ. Анализы были ограничены поведением, которое произошло не менее 10 раз во всех условиях и субъектах.Повторные измерения ANOVA были проведены для поведенческих частот для отдельных испытуемых в трех условиях (т. е. знакомый, незнакомый и зеркальный) и порядке тестирования. Из-за различий в настройках тестирования данные по мужчинам и женщинам анализировались отдельно. Первоначально межсубъектный фактор относительно наличия младенца (т. е. матери или не матери) был частью ANOVA, но он не представлен, поскольку мы не обнаружили значительных эффектов.

    Результаты

    Исследование 1: Женщины. ANOVA для разных условий (см. рис. 6 и табл. 5, которые опубликованы в качестве вспомогательной информации на веб-сайте PNAS) показали самые сильные различия для зрительного контакта (почти исключительно направленного на зеркальное отражение), а также значительные различия для дружеского покачивания и губ. шлепанье (в основном в сторону зеркала), избегание зрительного контакта (типично для состояния незнакомца), взгляд (в основном направленный на незнакомца, но также и в зеркало) и осмотр перегородки между половинами испытательной камеры (типично под зеркалом). состояние).Не было обнаружено значительного влияния состояния на частоту проявлений угрозы или самоуправляемого поведения. Рис. 3 иллюстрирует прямой зрительный контакт с зеркальным отражением и избегание взгляда между незнакомцами.

    Рис. 3.

    Фотографии, показывающие типичные реакции на каждое состояние. ( a ) Зеркала вызывали постоянный зрительный контакт у представителей обоих полов.[Показанный здесь молодой взрослый самец был сфотографирован в прямом контакте с зеркалом и без сетки, в отличие от реальных экспериментальных условий (рис. 2 b ). ).] ( b ) Незнакомцы участвуют в реакциях «отключения» и взаимного «отрицания» присутствия другого, глядя в пол или поворачиваясь спиной друг к другу. Показаны две самки. ( c ) Знакомые партнеры были расслаблены, мало общались и свободно передвигались. Показаны две самки.(Фотографии М.Д. и воспроизведены с разрешения авторов.)

    Для поведенческих категорий, которые были значимы в ANOVA, мы провели парные сравнения между состояниями незнакомца и зеркала. Результаты были значительными для дружеского покачивания и причмокивания губ, зрительного контакта и манипуляций с перегородками. Когда изучался эффект порядка проведения испытаний (т. е. первый и второй раунды), значительный эффект существовал только для избегания зрительного контакта (F 1,7 = 18.61, P = 0,004), в основном за счет снижения второго по сравнению с первым тестом незнакомца, а при попадании в глаза (F 1,7 = 20,36, P = 0,003) в основном за счет снижения второе по сравнению с первым зеркальным тестом.

    Немедленные реакции тестировались путем сравнения данных первых 5 минут воздействия первого зеркала с первыми 5 минутами теста первого незнакомца. Значительные различия существовали для зрительного контакта (пары t = 4,05, df = 7, P = 0.005), дружеское влияние ( t = 2,39, P = 0,048) и манипулирование разделами ( t = 4,09, P = 0,005), при этом все виды поведения чаще встречаются в условиях зеркала.

    Если присутствовали младенцы раннего возраста, продолжительность контакта мать-младенец на одного субъекта ( n = 4) была подвергнута дисперсионному анализу с повторными измерениями для трех условий с добавлением порядка испытаний (т. е. первое или второе воздействие) в качестве второго Переменная. Мы обнаружили значительное влияние состояния ( F 2,6 = 6.44, P = 0,032), но не тестовый заказ ( F 1,6 = 3,94, нс). На рис. 4 показаны результаты для пары мать-младенец, расположенные слева направо от самого младшего до самого старшего ребенка, все в возрасте до 12 месяцев. Младенцы больше всего оставались в контакте в условиях незнакомца и меньше всего в состоянии знакомого партнера. В присутствии зеркала количество контактов матери и младенца было промежуточным.

    Инжир.4.

    Процент времени, в течение которого матери и новорожденные находились в телесном контакте при трех условиях, расположенных слева направо от самки с самым младшим ребенком до женщины с самым старшим младенцем, все в возрасте до 1 года. (Воспроизведено с разрешения авторов.)

    Исследование 2: Самцы. Безусловно, самая сильная дисперсия снова была обнаружена для зрительного контакта (почти исключительно направленного на зеркало), и дальнейшие различия существовали для сидения кролика, дружеского покачивания, визга и сворачивания калачиком (в основном по направлению к зеркалу), а также поднятия бровей и угрозы. дисплей (типичный для незнакомого состояния).См. рис. 7 и таблицу 6, которые опубликованы в качестве вспомогательной информации на веб-сайте PNAS.

    Для поведенческих категорий со значительным общим дисперсионным анализом мы провели парные контрасты между состоянием незнакомца и зеркала, которые были значимы для зрительного контакта, визга и демонстрации угрозы. Эффект тестового заказа был значительным для поднятия бровей ( F 1,5 = 9,12, P = 0,009) и индикатор угрозы ( F 1,5 = 21. 44, P = 0,006) из-за снижения второго воздействия по сравнению с первым в зависимости от условия.

    При сравнении данных первых 5 минут первого зеркального экспонирования с первыми 5 минутами теста первого незнакомца три поведения значительно отличались: зрительный контакт (парный t = 4,11, df = 5, P = 0,005) , отображение угрозы ( t = 4,72, P = 0,005) и визг ( t = 2,91, P = 0,034). Зрительный контакт и визг были более частыми с зеркалом, а также более частыми угрозами в адрес незнакомца.

    Позитивное и негативное поведение. моделей поведения были классифицированы как положительные или отрицательные до исследования (таблица 4). Мы рассчитывали для каждого субъекта и каждого состояния индекс PN между позитивным (позитивным) и негативным (нег) поведением: PN = (позитивный – отрицательный)/(позитивный + отрицательный). Из-за низкой поведенческой частоты в знакомом состоянии это состояние было исключено из анализа. Показатели PN для мужчин и женщин подвергались однократному ANOVA с повторными измерениями с полом в качестве межсубъектного фактора и двумя условиями (т.э., зеркало и незнакомец) как внутрисубъектный фактор. Значительные эффекты, связанные с состоянием ( F 1,12 = 54,78, P < 0,001), а также взаимодействие между состоянием и полом ( F 1,12 = 19,36, P = 0,001).

    Рис. 5 иллюстрирует данные для положительного и отрицательного поведения отдельно. У представителей обоих полов пик положительных ответов наблюдался в условиях зеркала, а отрицательных — в условиях незнакомца.Знакомые особи вызывали мало откликов: почти полное отсутствие реакции у самок и относительно низкие показатели у самцов. Основное половое различие заключалось в том, что в то время как у женщин наблюдался резкий контраст в их реакции на зеркала и незнакомцев (т. е. выраженный дисбаланс в противоположных направлениях между позитивным и негативным поведением), мужчины казались более амбивалентными в том, что показатели как позитивного, так и негативного поведения были повышены. даже если по-разному сбалансированы.

    Инжир.5.

    Совокупное положительное поведение, направленное на партнера или зеркало, по сравнению с совокупным отрицательным поведением. Положительная категория включала в себя дружеские сигналы, такие как причмокивание губами, прямой зрительный контакт, покачивание и посиделки. Негативная категория включала угрожающие сигналы, признаки дистресса или подчинения (например, визг) и признаки высокой тревожности (например, взгляды или сворачивание калачиком). На графике показана средняя (+ SEM) общая частота положительного или отрицательного поведения на субъекта во время обоих тестов для каждого состояния.(Воспроизведено с разрешения авторов.)

    Качественные описания. У наблюдателей ни разу не сложилось впечатление, что обезьяны-капуцины узнают себя в зеркале. Они не демонстрировали ни самопроизвольного поведения, ни осмотра обычно невидимых частей тела (например, внутренней части рта). Однако мы заметили большое любопытство обезьян к зеркалу.

    Когда Лулу впервые увидела свое отражение, она оказалась лицом к лицу с зеркалом, а затем начала пятиться.Она часто смотрела в глаза, в отличие от того, как она вела себя с сородичами. Когда ее представили незнакомке, Лулу опустила голову и только украдкой поглядывала на другую. Она не делала никаких дружеских жестов, таких как посадка кролика или поднятие бровей. Она внимательно наблюдала за другим, но только если тот смотрел в противоположном направлении.

    У Лили было больше зрительного контакта с зеркалом, чем у большинства женщин. По прибытии в испытательную камеру она посмотрела в зеркало, а затем сразу за собой.Проверяла ли она, кто был в отражении, или она узнала своего младенца, который был у нее на спине? Известно, что капуцины могут находить спрятанные предметы с помощью зеркала (85). В другом зеркальном тесте Нэнси дважды смотрела вперед и назад между отражением своего младенца и своим настоящим младенцем.

    Самки проявили большой интерес к перегородке во время зеркального тестирования. Похоже, их интересовали физические свойства зеркала. Это смещение зеркала было менее заметным у самцов, но тогда самцы никогда не находились в прямом контакте с зеркалом (рис.2 б ). Самцы сильнее реагировали на зеркало, чем самки. Часто самец устанавливает зрительный контакт с зеркальным отражением, после чего следует серия, состоящая из поднятия бровей, посадки кролика и громкого визга. Затем самец свернулся калачиком на полу, периодически тихонько повизгивая. Самцы казались смущенными и обезумевшими от своих размышлений ( ср. 68): они часто пытались убежать из испытательной камеры, и один раз самец действительно выбрался наружу.Через несколько месяцев после экспериментов, описанных здесь, наши самцы с самым высоким рейтингом, которые раньше соревновались за то, кто может войти в тестовую камеру, стали неохотно входить в камеру, если поблизости находились какие-либо предметы, похожие на зеркало.

    Когда оба альфа-самца вместе находились в тестовой камере, их реакции сильно отличались от зеркального воздействия. Эти самцы знали голоса друг друга и были яростно территориальны в своих домашних вольерах, но Оззи и Дрелла, казалось, игнорировали присутствие друг друга.Несколько минут они смотрели в пол и были совершенно пассивны. Однако наблюдатель заметил блуждание глаз, чтобы взглянуть на другого. Оба самца, казалось, старались не смотреть на другого, что было похоже на поведение «отсечения» (86). Во время тех же тестов эти самцы иногда чередовали угрожающие позы и дружелюбно поднимали брови.

    Надежность Interobserver и слепое кодирование. Два экспериментатора независимо друг от друга закодировали шесть записанных на видео тестов, представляющих три состояния, в каждом из которых участвовал субъект любого пола.Из общего числа 326 работ доля оценок, полученных обоими оценщиками, составила 87,7%. Для этих записей коэффициент согласия Каппа составил 0,96 (87).

    В ходе отдельного сравнения слепых кодировщиков попросили угадать состояние участников, записанных на видео. Эти ленты были сделаны таким образом, что они не выявляли состояние (см. Методы ). Работая независимо друг от друга, два наблюдателя закодировали 12 записанных на пленку тестов испытуемых женского пола, а два разных наблюдателя сделали то же самое для 12 записанных на пленку тестов испытуемых мужского пола.В таблице 1 представлены объединенные результаты, показывающие, что 77,1% предположений были правильными, что значительно превышает вероятность 33,3% (χ 2 = 55,13, ​​df = 1, P <0,001). Четыре слепых кодировщика давали правильный выбор от 58,3% до 100%. Единственная ошибка, которую никогда не допускали кодеры, — это путаница между зеркальным и фамильярным партнерскими условиями.

    Таблица 1. Четверо наблюдателей вслепую закодировали 12 видеозаписей, показывающих поведение испытуемого, не раскрывая условия эксперимента.

    Обсуждение

    Обезьяны-капуцины сразу же замечают, что их зеркальное отражение не является обычным незнакомцем или, возможно, вообще не является незнакомцем.Самки положительно относятся к своему отражению, часто смотрят в глаза, дружелюбно покачиваются и причмокивают губами. Они почти «заигрывают» со своим отражением. Женщины кажутся гораздо менее тревожными перед зеркалом, чем в присутствии незнакомки женского пола. Они бросают частые косые взгляды на незнакомца и избегают зрительного контакта с ней, а матери с малолетними младенцами держат своих отпрысков в присутствии незнакомца ближе, чем зеркало. Напротив, реакции на знакомого партнера практически не реагируют.

    Самцы капуцинов более неоднозначно реагируют как на зеркала, так и на незнакомцев мужского пола, но они также больше смотрят в глаза зеркалу. Некоторые дружеские реакции, такие как сидение кролика и покачивание, а также признаки бедствия, такие как визг и свернувшись калачиком, демонстрируются почти исключительно зеркалу. Незнакомцам угрожает гораздо больше, чем зеркалу, так что баланс между положительными и отрицательными сигналами у самцов положительный по отношению к зеркалу и отрицательный по отношению к незнакомцу.Знакомые партнеры вызывают мало ответов.

    Женщины смотрят в 38 раз больше зрительного контакта со своим зеркальным отражением, чем с незнакомцем, а мужчины примерно в 11 раз. Различия в ответах на самом деле настолько заметны, что слепые кодировщики могут точно определить состояние, в котором обезьяна была снята на видео. Различные реакции на зеркала и на незнакомцев не кажутся результатом обучения, по крайней мере, не обучения во время наших экспериментов, потому что большинство из вышеперечисленных различий можно измерить в первые 5 минут первого воздействия.

    Два основных объяснения этих зеркальных реакций будут называться гипотезами «Никого там» и «Озадачивание другого» (игнорируя гипотезу «Это я», которая предполагает MSR). Согласно гипотезе «Никого там нет», даже несмотря на то, что обезьяны-капуцины не могут идентифицировать зеркальное отражение как самих себя, они не обманываются, думая, что это другое. Признавая синхронность с собой, они действуют как человеческие младенцы до MSR, которые, как говорят, признают невозможность взаимного взаимодействия с зеркалом.

    Эта гипотеза, однако, не может объяснить, почему высокопоставленные самцы-капуцины беспокоились о зеркале до такой степени, что развили отвращение. Самцы почти никогда не визжали и не сворачивались калачиком в присутствии незнакомцев, но делали это регулярно перед зеркалом. Они никогда не проявляли дружелюбия к незнакомым людям, к которым относились с откровенной враждебностью или «отрезвляющей» реакцией, тогда как они качались и зайчик сидели перед зеркалом. Короче говоря, эти самцы были социально восприимчивы к зеркалу до такой степени, которую нельзя было ожидать, если бы они поняли, что там нет никакой другой обезьяны.Видели ли они свое отражение как другого самца, над которым они не могли доминировать?

    Эта возможность соответствует гипотезе загадочного другого, согласно которой субъект видит другого представителя своего вида, но сбивающего с толку, потому что не может «играть по правилам». Взаимодействие с зеркалом уникально. Зрительный контакт облегчается тем, что собеседник никогда не отводит взгляда. Возможно, взаимодействие происходит через петлю обратной связи. Если субъект начинает с положительных сигналов, эти сигналы будут усиливаться взаимностью их отражения, пока все взаимодействие не станет положительным.Таким образом, зеркало действует как «суперстимул» (88). Однако, если первоначальная реакция враждебна, петля обратной связи будет заключаться в эскалации враждебности, от которой трудно избавиться, поскольку зеркальное отражение не допускает попыток отмежевания.

    Слабость этой гипотезы в том, что она предсказывает постепенное усиление реакции на зеркало. В нашем исследовании, однако, различия в реакции были немедленными. Нашим обезьянам, казалось, достаточно было одного взгляда, чтобы отличить зеркало от незнакомца.Более того, если они действительно приняли зеркало за незнакомца, не должен ли «тон» интерактивной обратной связи с зеркалом задаваться типичной начальной реакцией на незнакомца? Субъекты должны начинать так, как будто их отражение незнакомец, только для того, чтобы еще больше усилить эту реакцию? Поскольку самки практически не подают положительных сигналов незнакомцам, как они оказались в положительной обратной связи с зеркалом? И почему самцы больше не угрожали своему зеркальному отражению, если угроза — их типичная реакция на незнакомца?

    Но зачем вообще показывать социальные реакции, если зеркальное отражение кажется иллюзорным? Возможно, мимику невозможно подавить, глядя прямо в лицо, будь то свое или чужое лицо, за исключением случаев, когда человек полностью понимает, что оно свое. Подобно непроизвольной мимике лица (например, заразительной зевоте; ссылка 89), мимическое взаимодействие может быть автоматическим. Точно так же психологи, занимающиеся вопросами развития, не считают социальные реакции человеческих младенцев до MSR отсутствием Я-концепции: они скорее интерпретируют такое поведение как исследовательское (63).

    Еще одним показателем восприятия зеркала является осмотр его поверхности. Мы нашли доказательства исследований у наших обезьян. Самки значительно чаще манипулировали перегородкой, если за ней было зеркало, тогда как самцы демонстрировали ту же незначительную тенденцию, несмотря на то, что их держали подальше от перегородки.Помните, что зеркало создавало те же тактильные ощущения, что и перегородка из лексана, разделяющая людей, поэтому разница в реакции указывает на любопытство по поводу визуальных свойств зеркала (68).

    Очевидно, что и гипотеза «Никто здесь», и гипотеза «Озадачивающие другие» имеют проблемы (табл. 2). Из нашего исследования очевидно, что обезьяны-капуцины различают свое зеркальное отражение и незнакомца, по-разному реагируя на обоих с первого взгляда. Имеющиеся данные не позволяют решить, видят ли они отражение в зеркале просто как интригующее несоциальное явление, которое невольно вызывает социальные реакции, или как фактического члена своего собственного вида, хотя и сбивающего с толку.

    Таблица 2. Плюсы и минусы трех гипотез о том, как капуцины реагируют на зеркала

    Из-за различных традиций в разных дисциплинах ни в одном исследовании не проводилось систематического сравнения обеих гипотез. Сравнительные психологи часто рассматривают самосознание по принципу «все или ничего», не принимая во внимание промежуточные звенья. Поскольку только MSR указывает на представление о себе, было приложено много усилий, чтобы попытаться продемонстрировать MSR у видов, у которых она явно отсутствует. Сравнительно мало внимания уделялось тому, что именно виды, не принадлежащие к MSR, видят в зеркале, что обычно резюмируется утверждением, что они видят незнакомца. С другой стороны, психологи развития верят в медленное появление различия между собой и другим. Они считают, что двойственность зеркала понимается до возникновения МСР. Однако им еще предстоит продемонстрировать, что младенцы до MSR видят в зеркале что-то еще, кроме озадачивающего сверстника. Короче говоря, сравнительные психологи принимают объяснение «Загадочный Другой» как должное для животных, не страдающих MSR, в то время как психологи, занимающиеся вопросами развития, считают само собой разумеющимся объяснение «Никого нет» для всех, кроме самых маленьких младенцев.

    Пришло время выложить обе гипотезы на стол для обеих категорий субъектов, не являющихся MSR, людей и не людей. Каждая гипотеза сопровождается набором проверяемых предсказаний. Например, можно стимулировать взаимодействие с зеркалом, чтобы увидеть, насколько далеко можно продвинуть социальную природу реакции зеркала. Одно из таких испытаний было проведено с сойками-скрабами, которые прячут пищу, чтобы предотвратить ее кражу. Предварительные данные указывают на то, что эти птицы вновь находят свою пищу после того, как сородичи увидят первое укрытие, но не в том случае, если его место заняло зеркало (90).В нашей собственной лаборатории мы обнаружили, что взрослые обезьяны-капуцины почти не колеблются, чтобы достать лакомство рукой через маленькое отверстие в зеркале (неопубликованные данные). Они готовы дотянуться прямо до собственного отражения, чего вряд ли можно ожидать, если зеркальное отражение будет ошибочно принято за другую обезьяну.

    Обезьяны-капуцины, похоже, лучше понимают иллюзорные качества зеркала, чем принято считать, даже если мы не оспариваем утверждение, что обезьяны никогда не достигают понимания зеркала людьми и человекообразными обезьянами.

    Благодарности

    Этот проект был бы невозможен без помощи Элизабет Баррера, Кристин Бонни, Сары Броснан, Хани Эльфенбейн, Эндрю Каца, Сандры Ротбард, Дэвида Сунга, Меган ван Волкентен и Меган Винтон. Мы благодарим Гордона Гэллапа-младшего и Джеймса Андерсона за конструктивные отзывы о более ранней версии рукописи. Мы благодарны персоналу по уходу за животными и ветеринарному персоналу Национального исследовательского центра приматов Йеркса за поддержание здоровья наших испытуемых.Центр полностью аккредитован Американской ассоциацией по аккредитации ухода за лабораторными животными (AAALAC). Исследование было поддержано Национальным научным фондом (грант IBN-0314878) и базовым грантом Национального института здравоохранения (RR-00165) Йерксскому национальному исследовательскому центру приматов.

    Сноски

    • ↵ ‡ Кому должна быть адресована корреспонденция. Электронная почта: dewaal{at}emory.образование

    • Вклад авторов: F.B.M.d.W. проектное исследование; M.D., C.A.F. и M.J.H. проведенное исследование; F.B.M.d.W., M. D. и M.J.H. проанализированные данные; и F.B.M.d.W. написал бумагу.

    • Этот вклад является частью специальной серии Учредительных статей членов Национальной академии наук, избранных 20 апреля 2004 г.

    • Аббревиатура: MSR, зеркальное самораспознавание.См. прилагаемый профиль на стр. 11137.

    • Copyright © 2005, Национальная академия наук

    Monkey See, Monkey Type: Рассмотрение теоремы о бесконечных обезьянах и будущее авторского права мысленный эксперимент:

    Возможно, благодаря своим различным литературным или философским подвигам (или, возможно, увлечению работами Дугласа Адамса) вы натолкнулись на нечто, известное как Теорема о бесконечных обезьянах.Существуют всевозможные математические доказательства, статистические данные и теории вероятностей, сопровождающие Теорему, но суть идеи на самом деле очень проста: бесконечное количество обезьян, случайно нажимающих клавиши на пишущих машинках в течение бесконечного периода времени, в конечном итоге создадут полные произведения. Уильяма Шекспира.

    Это все для того, чтобы проиллюстрировать, что при наличии достаточного количества времени существует ненулевая вероятность того, что произойдёт любой исход, включая случайную публикацию обезьяной всего текста Гамлета.Но давайте на мгновение оставим математику и перейдем к другому вопросу: имеет ли созданная обезьяной версия Гамлета в каком-либо значимом смысле ценность, помимо оригинального (идентичного) текста, написанного Бардом?

    Теперь вопрос может показаться глупым, но давайте не будем забывать, как американцы, по крайней мере, любят животных и их выходки. Буквально на этой неделе в Твиттер-сфере появилась фотография огромной австралийской коровы по кличке Никерс. Художественные работы, созданные животными, ничем не отличаются: в 2005 году кто-то заплатил 25 000 долларов за три картины шимпанзе Конго.И хотя в этом случае картины не были идентичны никаким другим существующим произведениям искусства, это казалось (при всем уважении к Конго) новизной производства самого произведения, а не фактическим конечным художественным продуктом, который дал картины их стоимость.

    Тогда не кажется слишком смелым шагом сказать, что даже если бы текст был в точности идентичен оригинальному произведению Шекспира, «Гамлет», написанный обезьяной, представлял бы некоторый интерес и мог бы рассматриваться как имеющий некую внелитературную общественную ценность.

    Но давайте на мгновение задумаемся, не напечатала ли обезьяна текст «Гамлета», который, будучи написанным несколько столетий назад, в значительной степени находится в открытом доступе. Вместо этого скажем, что это была другая известная работа, скажем, «Гарри Поттер и философский камень» знаменитого британского писателя Дж. Роулинг, которая, как известно, участвовала в многочисленных судебных спорах по поводу предполагаемых нарушений авторских прав на ее книгу и ее продолжения. Можно ли каким-либо образом избежать обвинения в нарушении авторских прав на идентичный текст обезьяны из «Гарри Поттера», если он будет продан на аукционе или станет коммерчески доступным? (Конечно, мы знаем это из печально известного дела о обезьяньих селфи Девятого округа Наруто против Наруто. Слейтера, что сама обезьяна не может подать заявку на защиту авторских прав на свою работу, но спорящая Роулинг, возможно, попытается подать иск о нарушении прав против, если не самой обезьяны, того, кто помог обезьяне получить прибыль от ее работы.) Наруто против. Слейтер, 888 F.3d 418 (9-й округ 2018 г.).

    Вопрос, по-видимому, зависит от того, делают ли контекст создания произведения и необычный обезьяний писец достаточно отличными, даже если текст в точности одинаков.

    В рассказе аргентинского писателя Хорхе Луиса Борхеса 1939 года под названием «Пьер Менар, автор «Дон Кихота»» используется забавный метафиктивный прием для исследования этой концепции. Рассказ Борхеса представляет собой литературный обзор неназванного автора, воспевающего вымышленного романиста Пьера Менара, чье величайшее произведение, как утверждает рецензент, является дословным воспроизведением девятой и тридцать восьмой глав «Дон Кихота». (и фрагмент двадцать второй главы, на всякий случай).Менар, утверждает рецензент, «не собирался копировать» «Дон Кихота», скорее, «его замечательным намерением было органично создать несколько страниц, которые совпадали бы — слово в слово и строка в строку — со страницами Мигеля де Сервантеса. ” Вторя предпосылке теоремы о бесконечных обезьянах, рецензент цитирует Менара, который говорит, что его усилия несложны, поскольку ему «должно быть только бессмертие, чтобы осуществить их». (То есть: проводить бесконечное количество времени за пишущей машинкой.) Юмор рассказа Борхеса проистекает из утверждения рецензента, что репродукция Менаром «Дон Кихота» является «возможно, самым значительным произведением нашего времени», гораздо более сложным, чем оригинальный (идентичный) Кихот, потому что, хотя слова Сервантеса просто архаичны, «анахронизм» в творчестве Менара, хотя и «вербально идентичный», делает его «бесконечно богаче».

    Хотя абсурдность заявлений рецензента просто забавна, и хотя я не утверждаю, что обезьяна, пишущая «Гарри Поттера», каким-либо образом улучшает фактическую историю, в обоих случаях простой факт состоит в том, что откровение автора делает по-новому взглянуть на произведение. (Для другого примера достаточно взглянуть на Мэри Энн Эванс, более известную как Джордж Элиот. )

    Так может ли точная копия иметь элементы оригинальности? Наследие американской художницы-концептуалистки Шерри Левин, вероятно, подтверждает мнение, что может.Ее самой известной работой была серия фотографий 1970-х годов под названием «После Уокера Эванса», которые представляли собой фотографии исторических фотографий, сделанных фотожурналистом Уокером Эвансом во время Великой депрессии. Хотя серия состояла из почти прямых репродукций, она стала символом постмодернистского движения и одним из определяющих произведений искусства присвоения, сосредоточив внимание на вопросах авторства, пола и воспроизведения. Однако поместье Уокера Эванса, похоже, не оценило изобретательность работы Левина, посчитав это нарушением авторских прав и в конечном итоге запретив продажу изображений.Однако в 1994 году, в том же году, когда Левин уступила свои произведения поместью Эванса, в законодательстве США об авторском праве произошло значительное изменение: Верховный суд вынес решение по делу Кэмпбелл против Acuff-Rose Music, установив доктрину преобразующего использования в качестве часть традиционной защиты добросовестного использования от претензий о нарушении авторских прав.

    Защита добросовестного использования традиционно основывалась на четырех факторах: цели и характере использования, характере произведения, защищенного авторским правом, объеме и существенности использования, а также влиянии на потенциальный рынок произведения, защищенного авторским правом.В деле Кэмпбелл суд подробно остановился на первом факторе, постановив, что чем более «преобразующим» является произведение — «изменение оригинала с новым выражением, смыслом или сообщением» — тем меньше другие факторы будут влиять на добросовестное использование. Кэмпбелл против Acuff-Rose Music, Inc., 114 S. Ct. 1164, 1166 (1994).

    Суд отметил, что факт «была ли дословно скопирована существенная часть произведения, нарушающего авторские права», имел значение, особенно когда произведение могло служить заменой оригинала на рынке, нанося ущерб потенциальной коммерческой ценности оригинального произведения (т. четвертый фактор добросовестного использования).114 С. Кт. в 1175–76. Однако, как и в случае с Кэмпбеллом, где произведение, предположительно нарушающее авторские права, было пародией на произведение, защищенное авторским правом, вполне вероятно, что созданный обезьяной текст Гарри Поттера будет выполнять «иную рыночную функцию», чем произведение Роулинг. Идентификатор. на 1167. Те, кто надеется погрузиться в волшебный мир, вероятно, предпочтут купить оригинал, в то время как те, кто восхищается приматами и теоремами вероятности, скорее купят машинописный текст, основанный на новизне автора, чем предаваться приключениям Гарри. в Хогвартсе.

    Если найти бесконечное число обезьян-машинисток, готовых стучать в течение бесконечного периода времени, так же вероятно, как попытка, результатом которой станет Гамлет или Гарри Поттер, то какая разница, могут ли плоды труда обезьян создать их? ответственность за нарушение авторских прав? Что ж, вернемся к исходному эксперименту:

    .

    Допустим, вместо обезьяны у нас есть машина (возможно, что-то вроде Великого Автоматического Грамматизатора Роальда Даля). Может быть, эта машина просто запускает алгоритм, который с огромной скоростью объединяет случайные слова, выдавая результаты, мало чем отличающиеся от кучки обезьян на пишущих машинках.Или, может быть, машина еще сложнее, может быть, она вовсе не случайна — может быть, машина думает и, подобно Менару, спонтанно сочиняет тот или иной известный текст.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.